< Начало
* * *
Несмазанные петли заскрипели,
Открылась дверь из просмоленной ели.
Кощей сказал со вздохом: - Выходи.
Повержен я. Теперь с карьерой смятой
Остался мне лишь чай горячий с мятой.
А ты – к отцу.… Соскучилась, поди?
- Ну, то-то же! - царевна из подвала,
Как кобылица в сад прогарцевала.
- А где твой победитель – мой жених?
Кощей замялся. Вдруг, как озарило –
Помог ему опальный бог Ярило.
На Русь обида общая у них:
Не важно - ночью, вечером, с утра ли…
Но вышло так, что их переизбрали.
Бог - в забытье, а царь на триста лет
Закован в цепи был. Известно точно –
Не досидел, освобожден досрочно.
На волю вышел подлинный скелет.
В тот день и познакомились изгои.
Экс-бог царю небесные покои
Для отдыха любезно предложил.
Кощей, понятно, сразу согласился.
Отъелся у Ярилы и отпился –
Не видно стало ни костей, ни жил.
Сдружились меж собою старикашки.
Предпочитали шабашам шабашки,
Играют в шашки, шахматы в шабат,
То в домино – мозгам дают разгрузку.
Козла забьют, зажарят на закуску.
А то заставят царства бить в набат.
Поэтому, как младшенькому брату,
Порой Ярило по большому блату
Советами Кощею подсоблял.
Так и сейчас, прикинувшись совою,
От глаз укрывшись за густую хвою
Шепнул царю и тот подсказке внял.
- Героям не сидится в тихом месте.
Просил царевич передать невесте –
Царевне русской, стало быть, тебе…-
Ярилу царь цитировал устало.
У Василисы ж всё заклокотало
От слов таких. Стоит – ни «ме», ни «бе».
- Дела, срочнее срочного, в дорогу,
Безвинно-пострадавшим на подмогу,
Позвали неожиданно его.
Злодеи по Руси, как волки рыщут.
Не он их, так они его отыщут.
Их – тьма, Иванов – несколько всего.
Царевна в плач: - Ой, бедный мой Ванюша…
Прервал царь причитания: - Дослушай
Мой монолог спокойно, не ори!
Всё! Сбился я! Хоть начинай сначала…
Ты пять минут так сказочно молчала…
Еще раз это чудо повтори!
Царевна, суть вопроса понимая,
В мгновенье ока сделалась немая
И с умиленьем смотрит на царя.
Кощей прокашлялся. Без гаммы фальши,
Без полутона лжи продолжил дальше,
Успешно гнев нахлынувший боря:
- Еще тебя царевич в речи лестной,
Хотя в глаза не видел, звал прелестной.
Твердил мне, мол, кого ты не спроси,
Что с сотворенья мира и поныне,
Как Василиса, не было в помине
Солнцеподобных женщин на Руси.
Лилась из уст Кощея злая сила.
Царевна слушала, дыханье затаила –
Пусть, даже ложь, уж больно хороша.
- Что, не проник, как водится, в темницу
И на руках спасенную девицу
Не вынес, у него болит душа.
Просил принять царевич извиненья,
И клялся, что не позже воскресенья,
Свершив с десяток подвигов, в Царь-град
Вернется со щитом, никак иначе,
Прибьет его к воротам, меч свой спрячет
И на тебе жениться будет рад.
А мне он приказал, в цареву ставку
Твою немедля совершить доставку.
Придется самолетный мне ковер
Тебе отдать. Его у падишаха
Кажись персидского, слуги Аллаха,
Сто лет назад я самолично спер.
В амбаре, между серебром и златом,
Заваленный отрытым где-то кладом
Ковер бесцельно свернутым лежал.
Кощей его, кряхтя, извлек оттуда,
Стряхнул слой пыли, весом с четверть пуда
Раскинул и к земле ногой прижал.
- Царевна Василиса, ты свободна.
Тебя сейчас оденем стильно, модно.
В амбаре, справа, в третьем сундуке
Одежда от кутюр. Бери любую,
Хоть красную, хоть нежно-голубую.
Да, присмотри браслетик по руке.
Царевна не посмела отказаться:
Дают, так надо брать! Чего стесняться?
В сокровищницу юрк. Назад к царю
Вернулась в белом платье подвенечном,
А за спиной, в большом мешке заплечном
Еще нарядов сто.
– Благодарю, -
Прощебетала скромно Василиса.
Любая женщина, с рождения – актриса,
А уж царевна…
- Я готова в путь.
- Без происшествий, чтоб домой вернуться
Ты главное надежно пристегнуться
Ремнем волшебным к ворсу не забудь.
- Ковер дырявый! Весь изъеден молью!
Царь выкрутился ловко: - Не позволю
Коверкать мысли творческой пример!
Увидишь, ноу-хау приживется.
Пущай изобретение зовется
Волшебным словом «Конь-диционер».
Ковер надежный! Донесет до места!
В пути не отклоняйся от норд-веста!
Воздушных ям не бойся! К дому правь!-
Напутствовал Кощей.- Всё! До свиданья!
Царевича с днем бракосочетанья
От моего лица семь раз поздравь!
Полет прошел нормально, только скучно.
Летали, правда, бесы, но не кучно.
На метлах ведьм не довелось ловить.
Из «Конь-диционера» поддувало
Так, что царевна изредка вставала,
Чтоб ничего в пути не застудить.
Развеселилась лишь однажды славно:
Три мужика, когда царевна плавно
В посадочный входила разворот,
Летящую ее лишь увидали
Над головами, в белом, клятву дали:
«До гробовой доски ни капли в рот!»
* * *
Отправив Василису в путь-дорогу
Сказал Кощей задумчиво экс-богу:
- Царевну, шмель меня в живот ужаль (!),
Облили ложью, словно из ушата,
Хотя она ни в чем не виновата.
Я – злобный царь, но мне девчонку жаль.
В ответ Ярило улыбнулся. – Знаешь?
Ты за царевну зря переживаешь.
Она прочней, чем каменный орех.
От жизни ж, каждый, будь он царь иль воин,
Получит только то – чего достоин.
А подстегнуть события – не грех.
На том расстались. Бог взмахнул крылами
И скрылся за густыми облаками.
А царь за замком ямку отыскал.
Сложил в нее все головы. Землею
Засыпал. Схоронить бы под скалою…
Но, нет окрест ни круч, ни гор, ни скал.
Могилку обложил цветущим дерном
И встав пред ней в костюме новом черном
Сказал тираду царь из добрых слов.
Всё сделал быстро, скромно и печально.
Хотя слегка, наверно, аномально
Своих пять дюжин схоронить голов.
Вздохнул Кощей с тоской. Пожал плечами.
Пошел к подвалам, звякая ключами.
Всех на свободу выпустил девчат.
- Коль что не так, - сказал, - то извиняйте, -
Ступайте по домам. На сём прощайте.
Кому далече, дам коней. Домчат.
Не шелохнулись девичьи фигуры.
- Ты бледен царь. Тебе нужны микстуры.
А может лекаря призвать иль колдуна? –
Спросили дамы. – Под глазами дуги.
Скажи, какие страшные недуги
Тебя качают словно ходуна?
Помедлив чуть, Кощей изрек: - Осадок
На сердце у меня, колюч и гадок.
Мне нынче даже белый свет не мил.
- Но, почему? – девчата вопрошали.
Персты Кощея мелко задрожали.
- Меня Иван-царевич посрамил.
Он рассказал, что было так и так-то,
Жизнь сбилась, мол, с размеренного такта.
Девчата пошептались меж собой.
Приободрились, что-то знать решили.
Кощея, очень плотно окружили,
Заговорили все, наперебой.
- Пардон, мон сир, дозволь нам обратиться…
- Жить бобылем мужчине не годится!…
- Тэбэ жэныться трэба, гарный пан…
- Поможем мы тебе и в деле оном,
Да и ославим Ваньку пустозвоном.
У нас созрел, в проекте, чудный план.
- Теперь пусть наши бывшие бой-френды
Одни свои проводят уикенды.
- Не дождались мы помощи от них!
- Для нас же, впредь, без всякого Указа:
Иль туо каза – есть льа ностра каза!
- Обдумали мы всё.
- Вир либен дих!
- Следить беремся за твоим питаньем.
- Все, как одна, Кощеевыми станем.
- Будь, царь, нам муж, камрад и господин!
- Твоя дорога жизни необъятна,
Поэтому и клясться так приятно:
Умрем с тобой, Бессмертный, в день один.
Кощей зардел, смутился на мгновенье,
Взгляд опустил и принял предложенье.
- Иглу несите, ножницы и тюль.
Невесты чтобы выглядели дивно,
Фату сошью для каждой, эксклюзивно.
- Как звать тебя красавица?
- Сергюль.
* * *
Продолжение здесь >
< Начало
________________________________________________________
Словарик
Ярило - божество славяно-русской мифологии, связанное с плодородием.
Шабаш - ночное сборище ведьм.
Шабат (евр.) – суббота, седьмой день недели. Выходной день.
Ходун – брус кузнечного меха, приводящий его в действие. Предмет, находящийся в непрерывном движении.
Pardon, мon sire (фран.) – Извини, мой государь.
Бобыль (устар.) – одинокий бессемейный человек
Тебе жениться треба гарний пан (укр.) – Тебе жениться нужно славный господин.
Оный (устар.) – тот, тот самый; вышеупомянутый.
Il tuo casa – la nostra casa (итал.) – Твой дом – наш дом.
Wir lieben dich (нем.) – Мы тебя любим.
Kamerad (нем.) – товарищ, приятель. Камрад (устар.) – товарищ, друг, (обычно по отношению к иностранцу).