Мне кажется, я уже давно сошла с ума и продолжаю это делать, нервно сжигая каждый день с тобой через свое внутреннее одиночество. Я давно уже не существую адекватно в этом мире и не вижу выхода из лабиринта собственного ада. Я перебираю твои улыбки как лекарство спасти свою почти бездыханную душу, которые дают лишь временный эффект... А затем наступает очередной передоз. Эта привычная боль растекается эхом где-то внутри, заставляя бабочек съедать друг друга, а их безмолвные крики доводят до истерики. Мне так страшно... Я убегаю, но каждый раз натыкаюсь на стену, где твой голос растекается тенью по моим венам, разбивая остатки разума...
Мне кажется, я уже давно сошла с ума и продолжаю это делать, нервно сжигая каждый день с тобой через свое внутреннее одиночество.
Я давно уже не существую адекватно в этом мире и не вижу выхода из лабиринта собственного ада.
Я перебираю твои улыбки как лекарство спасти свою почти бездыханную душу, которые дают лишь временный эффект... А затем наступает очередной передоз.
Эта привычная боль растекается эхом где-то внутри, заставляя бабочек съедать друг друга, а их безмолвные крики доводят до истерики.
Мне так страшно...
Я убегаю, но каждый раз натыкаюсь на стену, где твой голос растекается тенью по моим венам, разбивая остатки разума...