Западные страны ввели множество запретов на поставки нам различных товаров и услуг. Предполагалось, что компенсировать эти ограничения мы сможем, наращивая внутреннее производство по программе импортозамещения. Оценить успешность этой программы пока трудно, слишком мало времени прошло. Кроме того, Федеральная Таможенная Служба перестала раскрывать данные по фактическим объемам экспортных и импортных потоков, что не дает возможности соотнести показатели внутреннего производства и ввоза товаров.
По косвенным показателям можно предположить существенное, до 40%-50%, падение импорта. Например, за 2021 год Россия закупилась за границей на почти 300 млрд долларов, а 20 октября глава ФТС Владимир Булавин сообщил, что в Россию по параллельному импорту с начала мая ввезли лишь 1,6 млн тонн товаров на 12,6 млрд долларов. По оценке вице-премьера Дениса Мантурова, к концу года эта цифра достигнет 20 млрд долларов.
Но пока никто не посчитал, происходит ли замещение товаров иностранного производства на отечественные. Ранее известный экономист Михаил Хазин в беседе с aif.ru выразил мнение, что российские товаропроизводители пока не смогли занять освободившиеся товарные ниши, и на нашем рынке происходит «замещение одного импорта на другой», то есть мы просто переориентировали свою закупочную активность со стран, отгородившихся от нас санкциями, на государства, придерживающиеся дружественной политики.
«Статистика ФТС закрыта, — поясняет президент Ассоциации экспортеров и импортеров Андрей Поденок, — точных цифр нет. Мы видим, что импортные потоки упали, но, к сожалению, наши производители пока заместить выбывшие с рынка товары не могут. Конечно, есть уже запущенные точечные проекты импортозамещения, но в целом картины это не меняет. Причин много, это и отсутствие в достаточном количестве технической, технологической базы, и утраченные компетенции — по многим позициям еще в Советском Союзе уровень знаний и компетенций был выше, чем сейчас.
Но и ввоз товаров из других стран не компенсирует бывшего еще год назад совокупного импорта. Даже наш крупнейший партнер — Китай — хоть и является «мировой фабрикой», но находится в большой технологической зависимости от Запада, поэтому может нам заместить не более 25% от прежних товарных потоков.
Фактически ни внутреннее импортозамещение, ни переориентация внешнеторговой активности на новые рынки суммарно не компенсировали тех поставок товаров и услуг, которые мы закупали за рубежом до введения санкций. Происходит проседание импорта, его плавное сжатие и вымывание с нашего рынка недополученной продукции».