Знаменитое уголовное дело против основателя московского «Спартака» Николая Старостина и трех его братьев, игравших в московском клубе — один из главных символов ужасных сталинских репрессий. Братьев несправедливо обвинили в подготовке теракта на Красной площади и желании убить Сталина и приговорили к 10 годам заключения в лагерях.
Вплоть до ареста в 1942 году против Старостиных была развернута разгромная кампания: газеты повально обвиняли их в симпатии к буржуазии, а правоохранительные органы спешно готовили против них дело: задерживали людей из окружения Старостиных и с помощью пыток выбивали показания против братьев.
В этот период арестовали не менее 11 человек. Среди них был и футболист Виктор Прокофьев. Его участь оказалась самой незавидной.
В 20-е годы фамилия нападающего Прокофьева гремела на всю Москву. Он гонял вместе со Старостиными за команды-предшественники «Спартака» («ЗКС», «Красная Пресня», «Промкооперация») и наводил ужас на защитников.
«Широко расставив согнутые в локтях и приподнятые руки, он образовывал этакие боковые надолбы, на которые натыкались пытавшиеся атаковать его противники. Он был невысокого роста, и острые локти приходились прямо под вздох атакующему. Защитник после столкновения с ним хватал воздух, словно рыба на песке, а наш правый инсайд мчался с мячом вперед, как ни в чем не бывало», — вспоминал Андрей Старостин в книге «Повесть о футболе».
Прокофьев не влипал в неприятности и выглядел образцовым спортсменом.
«Спортсмен-аккуратист. Всегда с приглаженными волосами, в отутюженной и подкрахмаленной рубашке, в расклешенных трусах и с надушенным носовым платочком, торчавшим, как фиалка, у правого бока из-под резинки трусов…» — вспоминал Старостин.
Репутация Виктора казалась безупречной. Тем не менее власти все равно им заинтересовались — 13 сентября 1937 Прокофьева задержали по подозрению в подготовке теракта.
Почему Виктор попал под столь жесткое и несправедливое обвинение? Доподлинно не известно. Однако, скорее всего, футболисту не повезло из-за его брака: дело в том, что Прокофьев был женат на родной сестре опальных Старостиных — Клавдии. На тот момент они уже воспитывали 12-летнюю дочь.
Впрочем, для общественности власти, разумеется, придумали совершенно другую причину, распустив о Прокофьеве компрометирующие слухи.
«Оказались арестованными десятки близких мне лиц. Был арестован первый муж моей сестры Клавдии, Виктор Прокофьев, бывший футболист «Спартака». Володя Стрепихеев, с которым я в сборной по хоккею с мячом играл много лет. Он возглавлял «Буревестник». Лучший в то время судья и первый руководитель «Локомотива» Виктор Рябоконь», — вспоминал Николай Старостин.
«Самое главное, никто до конца не понимал — за что? Я знал только одно: что все они безукоризненно честные и хорошие люди. Это знали и другие, чьих друзей и родственников посадили. Однако специально распускались слухи, компрометирующие репрессированных. До нас доходили странные разговоры. Начинали вспоминать: а был, к примеру, Прокофьев за границей? Выяснялось, что был. А, делался вывод, ну, значит, его там завербовали и он шпион. Так объяснялся произвол и обрабатывалось общественное мнение».
Как только Прокофьев попал в СИЗО, его сразу начали обрабатывать сотрудники НКВД. Используя своим любимые методы, они все-таки смогли добиться от Виктора признания в том, о чем он даже в страшном сне подумать не мог.
«Следователи НКВД смогли получить признания, что члены общества [«Спартак»] создали террористическое движение и планировали убить Сталина на параде 1 мая 1937 года. Везде в следственных материалах арестованные говорят, что это движение возглавили Старостины. Говорят — мы готовились совершить теракт на Красной площади перед Сталиным, взорвать бомбу у мавзолея, стрелять в Сталина с крыши ГУМа», — рассказывал сотрудник международного «Мемориала» Сергей Бондаренко.
«Все показания заканчивались одинаково: «Не было оружия, кто-то не пришел, поэтому покушение не удалось совершить». «Понятно, что такие показания люди дают под давлением. Пытки НКВД известны: одних избивали, другим не давали спать много дней».
В изоляторе Прокофьев просидел около года, а 10 мая 1938-го Военная Коллегия Верховного Суда СССР вынесла ему ужасающий приговор. По обвинению в подготовке терактов против руководителей ВКП (б) Виктора приговорили к расстрелу.
В тот же день наказание привели в исполнение. Прокофьеву было всего 40 лет.
***
Из числа приближенных к Старостинам высшую меру наказания также получили Стрепихеев и Рябоконь.
В конце 50-х всех из этой троицы оправдали.