Выход на работу из отпуска чем-то смахивает на восстание из небытия или прибытие на другую планету. Сквозь состояние лёгкой оглушенности пробиваются вечные вопросы всех заблудших: «Где я?», «Кто я?», «Зачем это всё?» … Нынешний выход Маргариты Егоровны на работу был именно таким.
Колбы на полках и монитор компьютера за месяц обросли толстым слоем пыли, корыто с замоченной в мыльном растворе посудой превратилось в филиал Аральского моря, а одинокий олеандр усыпал подоконник острыми сухими листьями.
Тяжело вздохнув, Маргарита Егоровна вытряхнула из кружки труп мухи, налила воды в чайник и втиснулась в компьютерный стул, щёлкнув «Вкл» на системном блоке. Компьютер зашуршал, загудел, медленно и тяжело пробуждаясь от спячки. Даже не пытаясь оторвать задницу от стула, неловко отталкиваясь ногами от пола, Маргарита Егоровна подгребла к полке с «запасами на чёрный день», вытащила из коробочки предпоследний пакетик, воняющий чем-то ядрёно-тропическим и, поморщившись, заварила себе «бодрящего и тонизирующего». Докатилась с горячей кружкой обратно до компа. Пыльный монитор злорадно требовал пароль для входа в учётную запись. Маргарита Егоровна полезла за подсказкой под клавиатуру: пароли в конторе требовались длинные, с переходом между регистрами и цифрами, запомнить такую абракадабру удавалось только при ежедневном использовании. Нынче бумажка гласила:
Cheburek_na_Blude_189
В голове всплыл светлый образ гигантского, обжигающего, сочного чебурека за 189 рублей, рот наполнился слюной. Хлебнув из кружки «тропического» пойла, Маргарита Егоровна, поморщившись, отогнала светлый образ чебурека, и с содроганием открыла рабочую почту. Скинув в корзину штук 20 приглашений от различных издательств и организационных комитетов, зазывающих срочно опубликовать статью всего лишь за 100$ или поучаствовать в конференции, проходящей в каком-нибудь тёплом, но очень недешёвом месте, Маргарита Егоровна углубилась в написание ответов на нормальные письма.
К обеду с корреспонденцией было покончено. С чистой совестью Маргарита Егоровна вылила остатки чая в высохший олеандр и сбежала в столовую.
Вернувшись с обеда сытой и умиротворённой, Маргарита Егоровна направилась было к компьютеру, но взгляд зацепился за что-то неправильное. Насторожившись, Маргарита Егоровна осмотрела тягу, лабораторный стол, полки, повернулась к окну… С засохшей ветки олеандра свисал бордовый кокон величиной с раскрытую ладонь со светящимися фиолетовыми прожилками. Хрень пульсировала.
В голове Маргариты Егоровны замелькали кадры из фильмов про пришельцев и правила техники безопасности. Ни в одном из всплывших правил не рассказывалось – что делать с … этим!
Сняв со стены огнетушитель и вдохнув поглубже, Маргарита Егоровна приготовилась завизжать, чтобы разделить с коллегами из соседних лабораторий проблему. В этот момент кокон с треском лопнул, забрызгав окно, подоконник и пол под ним зелёной опалесцирующей субстанцией, воняющей чем-то ядрёно-тропическим, а в многострадальный горшок вывалился абсолютно голый мужик…ростом со средний палец. Шустро вскочив на ноги, мужик вытянул вперёд ладонь и заорал:
- Стопэ! Не ори! Только не ори! Всё пучком! Всё в поряде! Ты только не ори!
- Пффффф…- вышел из Маргариты Егоровны набранный для визга воздух. Судорожно хватанув ртом новую порцию, женщина зашипела – Всё пучком?! В Поряде?! Какой, нахрен, пучок?! Ты мне всю лабу засрал! Ты вообще кто???
- Я? – мужчина огляделся, - Олеандр?
- Н..ну, да… Был олеандр.
- Олеандр, Олеандр… Не… Олеандр – слишком пафосно! Пусть нынче я буду просто Андр!
- Андрей что ли? – Маргарита Егоровна, всё ещё сжимая болон огнетушителя и близоруко щурясь, шагнула к подоконнику.
- А тебя как звать?
- Маргарита Егоровна.
- О, как! Солидно!
Андрей был смугл, изрядно волосат, слегка мускулист, белозубо скалился красивым ртом и блестел глазами из-под гладких, густых бровей. Прочухав, что прямо сейчас его никто не собирается размазывать по подоконнику, мужчина дёрнул плечами, расслабляясь, огляделся, и попытался стряхнуть с тела остатки зелёной жижи и комки земли.
- А ты ничего! Нервы крепкие… Даже в обморок не упала!
- А должна была?
- Ну… Всяко случалось…
- То есть, ты регулярно вот так народ пугаешь? – Маргарита Егоровна покрепче перехватила огнетушитель.
- Не то чтоб прям регулярно… Только когда проигрываю…
- Кому и во что проигрываешь?
- Много будешь знать, скоро состаришься… А, хотя, тебе уже можно не переживать на этот счёт! – Андрей заржал.
- Сука. – насупилась Маргарита Егоровна. – Ну, допустим, ты проиграл, а я-то тут причём?
- Ты? Ты вляпалась рандомно – из всех одиноких баб, нестандартно ухаживавших за растениями в момент моего проигрыша, повезло именно тебе! – Андрей лихо спрыгнул с горшка на подоконник и поглядел вниз, прикидывая, сможет ли спуститься.
- Пиздец, мне повезло! Мало того, что теперь отмывать здесь всё. Так ещё и твоё хамство выслушивать!
- Повезло-повезло! Я ДОЛЖЕН сделать тебя счастливой! Правда, всего на день. Но это будет самый счастливый день твоей серой, скучной жизни! А чем таким вонючим ты полила свой несчастный фикус?
- Олеандр.
- Ну, да. Олеандр. Так чем?
Маргарита Егоровна взяла с полки яркую коробку.
- «Тропические фрукты», «Чёрный чай с ананасом и грейпфрутом»!
- Буээ! Как тебя вообще угораздило обзавестись такой бурдой?
- По акции взяла… - пожала плечами Маргарита Егоровна.
- «По акции»… Эх! – Андрей вздохнул. – Говорила мене мамо: «Не играй с чертями!»… Заваривай свои ананасы! Будем меня до нормального роста отпаивать!
Маргарита шагнула назад и коробку прижала к себе двумя руками. Огнетушитель стукнулся об пол.
- Э, Нееее! Чего я с тобой, большим и голым, здесь, - она обвела взглядом лабораторию, - делать буду?
- Ты чё как маленькая? Чего с большими голыми мужиками делают, чтоб для счастья? Ну? Соображай! – нахал облизнул губу и качнул бёдрами.
- Чего?? Ты? Я? Здесь?!! – Маргарита Егоровна почти задохнулась от возмущения. – Ты дебил или с Луны свалился?! Я на работе! В лабораторию в любой момент могут зайти коллеги! Да и нет у меня ни малейшего желания тебя употреблять после всего, что ты наговорил!
- Хм… Заваривай свой чай и пойдём к тебе!
- Ты голый.
- Это мелочи!
- Нет. В коридоре камеры, а внизу – вахтёр.
- Совсем никакой одежонки?
- Халаты есть. Белый и синий. Но босиком в халате на голое тело ты будешь выглядеть ничуть не менее подозрительно, чем нагишом. Так что чаи гонять будешь не здесь… А может тебе вообще не расти? А? Может, ты как-нибудь обратно – фить?? – с надеждой в голосе спросила Маргарита Егоровна.
- Не выйдет. Я здесь застрял на сутки. – Андрей приуныл. – Может хоть помыться где-то можно?
- Можно. – Маргарита Егоровна подставила ладонь к подоконнику, слегка присогнув пальцы, чтобы удобно было держаться. – Прыгай!
Андрей приземлился на тёплую ладонь и понял, что основательно продрог.
Маргарита ссадила мужичка на край мойки, поставила в мойку ковшик и плеснула туда тёплой воды из чайника – из крана горячей было не дождаться.
- Ваша джакузя готова, Сэр! – отвесив шутовской поклон, Марго оторвала от рулона пару бумажных полотенец и положила рядом с ковшиком, оставшимися принялась собирать зелёную дрянь с поверхностей.
Андрей спрыгнул в ковшик и принялся старательно греться-отмываться.
- Маргарита Егоровна! Плесни ещё тёпленькой, а то эта уже остыла!
- Обойдёшься! Вылазь! Мне сейчас раковина понадобится – остатки соплей смывать.
- Злая ты, недобрая! – зябко подрагивая Андрей перелез через бортик ковшика и тщательно вытерся бумажными полотенцами.
- Зато ты у нас – фея-крёстная! Доброта изо всех щелей прёт! Цепляйся! – Маргарита Егоровна снова подставила правую ладонь. Левой сдёрнула с крючка махровое полотенце, и, аккуратно завернув в него, своё нежданное «счастье» притулила к стоящему на столе тёплому системному блоку.
- Спасибо. – тихо буркнул Андрей. – А пожрать чего-нибудь есть?
- Неа… Потерпи. Скоро пойдём домой, для первого рабочего дня и так слишком много впечатлений.
Закончив с уборкой, Маргарита Егоровна положила в рюкзак коробку с одиноким пакетиком и потянулась выключать комп. Андрей сладко спал, завернувшись в полотенце. Осторожно уложив свёрток поверх чайной коробки, Марго щёлкнула тумблерами, вырубила тягу и вышла из лаборатории.
До дому добралась без приключений – Андрей продрых всю дорогу в рюкзаке. Спящий он казался почти милым, поэтому Маргарита Егоровна как можно осторожнее выгрузила его на кресло, а сама отправилась на кухню – столовский обед на нервной почве прогорел досрочно, да и временный постоялец проснётся явно голодным.
Когда куриное филе в сметане с чесноком и орегано было почти готово, а макароны откинуты и сбрызнуты маслом, из комнаты донеслось:
- Маааать! Ну у тебя и срач!
- Да пошёл ты на хуй! – огрызнулась Маргарита Егоровна.
- Да и ремонтик не мешало бы освежить! А чем это вкусно пахнет?
- Едой.
- О! Маргарита Егоровна! Забери меня скорее к очагу этого дивного аромата!
- Сам дойдёшь!
- Ну, прости! Да, у тебя не Риксос, но в общем даже уютно…
- Не подмазывайся.
Путь до кухни казался бесконечным, Андрей приготовился умолять, но Маргарита Егоровна принесла кружку с тропической дрянью.
- Пей.
Без лишних разговоров мужчинка перегнулся через бортик кружки и зачерпнул чай ладошкой. Первые же глотки позволили Андрею подрасти до размера котёнка, к концу кружки в кресле сидел вполне себе нормальный мужчина.
- Мда. Пары глотков не хватило, чтоб совсем «Ах!» - вздохнул Андрей. Встал. Глаза его оказались в аккурат на уровне глаз Маргариты Егоровны. Та вздрогнула от неожиданности и отшагнула. Встрепенувшись, повернулась к комоду. Покопавшись в среднем ящике, метнула в мужчину чем-то тёмным.
Андрей словил «снаряд». Развернул. Боксеры. Чёрные боксеры с белым кантом.
- Откуда у тебя мужские трусы?
- Подарок.
- Тебе??
- Нет. Я подарить хотела. Мужчине. Но он слился.
- Мда. Вот и пригодились. – прикрыв самое ценное, Андрей спросил: - А штаны с рубашкой ты, случайно, не собиралась кому-нибудь подарить.
- Нет. Но мы одного роста. Выбирай. – Маргарита Егоровна сдвинула дверцу шкафа.
- Серый…Чёрный…Тёмно-синий… Мать! У тебя вся одежда такая??
- Ага. – пожала плечами Маргарита Егоровна. – Погоди! Вспомнила!
Нырнув в шкаф почти целиком Марго вытащила нежно-розовое худи.
- На, вот! Тебе пойдёт!
- Это ты тоже кому-то в подарок приготовила? – спросил Андрей, покрутив в пальцах не срезанную бирку.
- Нет. Это у меня приступ был. «Яжедевочка».
- Ясно. Приступ прошёл, худи осталось. Что ж, мне везёт!
Облачившись в розовое худи и потёртые джинсы, Андрей вспомнил, что всё ещё дохрена голоден. Ужинали молча.
- А готовишь ты лучше, чем прибираешься и одежду выбираешь!
- Слушай! Ты подрос, поел, оделся! Тебе пора!
- Куда?!
- На хуй.
- Погоди! А как же твоё СЧАСТЬЕ?
- Будем считать, что я уже счастлива по самое небалуйся!
- Тебе придётся меня потерпеть ещё часов двенадцать! Но если дашь денег, то, я, так и быть, освобожу тебя от своего присутствия.
- Сколько?
- Чтоб на бар, клуб, гостиницу…
Маргарита Егоровна заржала:
- Бар, клуб, гостиницу… Ну тебя разнесло! Оглянись! Ты не к той тётеньке продулся! Постелю тебе на раскладушке. Завтраком накормлю. Кроссовки чёрные забирай. Вот тебе тысяча – обед найдешь где-нибудь в городе.
На раскладушке было неудобно. Или в полотенце выспался. Маргарита Егоровна тоже ворочалась. Диван под ней жалобно скрипел.
- Марго! Ты не спишь! Я же слышу! Давай хотя бы телек посмотрим?
- Ты видишь здесь телевизор?
- Ух тыж! И правда! Как же ты? Без телевизора?!
- Не поверишь – нормально. – проворчала Маргарита. Но встала, поставила на журнальный столик ноутбук и, включив «Клинику», похлопала ладошкой рядом с собой – Бери подушку и залазь. С раскладушки нифига не видно.
Андрей перебрался на разложенный диван, вплотную к Маргарите, подложив подушку под спину, укрыв ноги одеялом. На второй серии он положил ей голову на плечо, а ещё через серию и вовсе уснул и сполз на колени Марго.
Маргарита погладила мужчину по жёстким волнистым волосам. Аккуратно, чтобы не разбудить, выбралась и ушла с ноутбуком на кухню. Уснуть уже даже не пыталась.
Когда солнце лениво выпростало первые лучи из-за линии горизонта (восходы – единственная роскошь скромного жилища), Маргарита Егоровна нажарила блинов и сварила кофе. Позавтракав, зашла в комнату. Андрей спал, обхватив подушку, и снова выглядел почти милым.
Тихо одевшись, Маргарита уехала на работу, ввергнув своим ранним явлением вахтёршу в шок.
Андрей проснулся, когда хлопнула входная дверь. Он слышал, как за стеной шуршал лифт, увозящий Марго прочь. На кухонном столе кроме блинов и кружки кофе его ждала связка ключей, тысячная купюра и записка:
«Ключи брось в почтовый ящик.»
Хмыкнув, Андрей неспешно позавтракал, с наслаждением постоял под душем, оделся и вышел из квартиры…
Пообедала Маргарита Егоровна принесёнными с собой остатками вчерашнего ужина – в столовую, к людям не хотелось. Глянула на часы.
- Вот и всё. Теперь снова всё как всегда.
До конца рабочего дня Маргарита Егоровна протирала от пыли полки и колбы, отмывала замоченную ещё до отпуска посуду, разбирала брошенные в тяге пенициллинки.
Зайдя в подъезд, проверила почтовый ящик. Очередная рекламная листовка. Запасной связки в ящике не было.
- Чёрт! Распиздяй! Теперь ещё и замки менять!
Обречённо Маргарита поднялась на свой шестнадцатый этаж и зашла в квартиру. Чёрные кроссовки аккуратно стояли на придверном коврике. Из левого торчал свёрнутый в трубочку лист:
«Ключи в правом кроссовке. И, да, они мне чертовски малы! Худи и джинсы я забираю с собой – мне розовый идёт больше, чем тебе 😊.
Его зовут Феликс и он – твой.
Осторожнее с чаями по акции!»
- Кто «он»? Какой ещё Феликс? – Маргарита Егоровна оглянулась, прошла в комнату. Раскладушка была сложена, постельные принадлежности аккуратной стопкой лежали на заправленном диване. С самого верха стопки поднял голову белый котёнок и открыв красный треугольник рта, поздоровался:
- Мяяя!
