— В это период важно задать направление роста новых веток, — сказала она, аккуратно отстригая тоненькие ветвистые пальчики пышного куста.
— Здесь очень красиво, — сказала я, вдыхая аромат весенних цветов.
— Этому саду сотни лет, — сказала госпожа Хошимура, — его посадил мой возлюбленный для меня.
Я слушала внимательно, не перебивая и позволяя ей погрузиться в воспоминания. Каждое слово этой женщины было взвешено и сказано с определенной целью. Она продолжала обрабатывать куст, но краем глаза наблюдала за мной.
— Он был самураем. Его господин был неугоден одному из высших демонов Нараки и меня послали убить его. В тот момент, когда пальцы ловко влили яд в саке, меня за руку поймал молодой воин. Он посадил меня в темницу, где я ждала смертной казни. Оттуда я легко могла бы сбежать, но мир людей заинтересовал молодую о́ни.
Госпожа Хошимура улыбнулась собственным мыслям, даже несмотря на весьма страшные воспоминания о пребывании в тюрьме. Возможно, такая выдержка свойственна потусторонним существам.
— Он навещал меня в клетке, скрашивал одиночество. Думал, что служанкой овладело отчаяние и голод, — губы женщины еле шевелились, но голос будто проникал в окружающий воздух, сливаясь с ним, — приносил еду, обещал помочь. Красивый, статный, женатый. Он спас меня тогда.
Стало неловко. Я почему-то покраснела, думая о том, что происходило дальше. Женщина выдерживала паузу, а мое больное сознание сразу ринулось рисовать нелицеприятные картины. Госпожа Хошимура усмехнулась.
— Вы, молодёжь, не понимаете нравы того времени. Конечно, плотские утехи имели место быть, и часто. Однако дворянин мог иметь не одну женщину, это считалось нормальным. Я стала его женщиной, жила в большом доме. Он любил меня, сильно любил. И я родила ему двоих детей. Наполовину людей, наполовину о́ни.
— Так Хару и Юки...
— Да, они — полукровки. И когда его господина достал старый враг, с которым порвала все связи, высший демон пришел за ними. Мой возлюбленный стоял насмерть, пока я с двумя младенцами бежала прочь, не в силах помочь. Его крики до сих снятся мне в кошмарах.
Пожилая женщина снова замолчала.
— А потом я узнала, что этот дом стал моим. Его волей. С тех самых пор мы с детьми живем здесь. Тот демон был повержен другим высшим существом. Но я стала изгоем из-за того, что родила от человека. Людям запрещено знать о существовании о́ни. Вот мы и живем здесь, на границе тьмы и света, мира людей и Нараки. Порой в сумерках я спускаюсь туда, узнаю о том, что происходит с моими сородичами. А однажды, ровно двадцать семь лет назад двери смежного мира — Нави, открылись.
Неужели она расскажет, как нашла Каина? Но почему?
— Одна хорошо знакомая нашей семье кицунэ привела меня к мальчику. Он не плакал, а просто потерянно осматривался по сторонам. Темноволосый, с проклятым глазом, он не понимал, где находится и не помнил даже собственного имени. Я привела его к Юки и Хару, отмыла и накормила. Дикий, словно брошенный волчонок, он даже не говорил с нами.
Каин Вуд, что же случилось с тобой там, в Нараке?
— Неужели он сам открыл врата Нави? — спросила я, не в силах сдержать любопытство.
Продолжение следует...