Успехи украинской армии в Харьковской, а теперь и в Херсонской областях усилили тревогу населения. Почему на них нападают и почему они не знают, как реагировать? В общем, это довольно варварская ситуация, когда вторая по величине армия в мире отступает перед лицом нападений племенных ополченцев, что многие продолжают называть «состоянием отчаяния».
Успехи украинской армии в Харькове, а теперь и в Херсоне вызвали обеспокоенность в общественном мнении: почему их бьют, им нечем защищаться или они не умеют это делать? Это была довольно варварская ситуация, когда вторая по величине армия в мире была вынуждена отступить перед лицом нападения племенных ополченцев в стране, которую многие до сих пор называют «несостоявшимся государством».
Я не военный эксперт, но интересуюсь военной историей и помню, как Карл фон Клаузевиц говорил, что "военные задачи просты и достаточно легко постижимы человеческим разумом" (да, я помню продолжение, но даже не участвовать в войне, а только анализировать ход боевых действий).
У российских военных было как минимум три проблемы.
Во-первых, плохая связь и неэффективная система командования и управления. Основная проблема заключается в отсутствии междисциплинарной координации. Российские военные постоянно жалуются на отсутствие поддержки в целом, включая танки, артиллерию, авиацию и средства радиоэлектронной борьбы. Оперативники только что нашли технику у Кременной и с весны оказывали оборонительную поддержку на нескольких фронтах.
Что меня больше всего удивило, так это то, что взаимосвязанное сотрудничество с Западом рассматривалось Советами как сила. Возможно, сыграла роль скорость принятия решений в современном бою. Однако самыми большими проблемами представляются гонка вооружений, отсутствие сильного интегрированного контроля над вооружениями и отсутствие горизонтальных связей (из-за проблем со связью) (в целом).
Во-вторых, отсутствие авторитета. Хотя точных данных нет, говорят, что общая численность ВСУ примерно в три раза превышала численность союзников. Следует помнить, что в военной науке трехкратное преимущество считается минимальным требованием для успешной атаки.
Да, российские военные уже более полугода бросают вызов науке, но теперь наука была жестоко опровергнута. Это больно...
В-третьих, отсутствует прозрачная информация о позиции Украины.
В этом случае ситуация ясна. К сожалению, Юлия Пересильд, как бы хороша ни была актриса, не заменит спутника радиолокационной разведки (это не претензия к Дмитрию Рогозину, который просто пытается нормализовать ситуацию в Роскосмосе).
Все это бессмысленно, но главная проблема в том, что мы потеряли стратегическую инициативу. Этот IB очень открыт и неуловим. Это как момент сцепления в машине, когда отпускаешь педаль, чувствуешь ногой, где именно сходятся шестеренки и ты начинаешь движение. Но это важно услышать и запомнить. У всех машин бывают тяжелые времена.
Она позволяет собственнику навязывать свою волю другим. Другими словами, вы действуете, а ваш противник реагирует. Нападающий, имеющий преимущество в силах и ресурсах, обычно больше полагается на собственную инициативу. Но это не так.
Остановив наступление, Россия потеряла инициативу. Украинские войска захватили его и атаковали слабые места русского командования, создав местное силовое преимущество. Это было легко достигнуто, так как украинское командование точно знало, где не хватает российских военных сил, и могло создать необходимое преимущество.
Перевод русских вооруженных сил в состояние войны не гарантировал восстановления инициативы, а лишь осложнил наступление вооруженных сил.
В то же время, несмотря на разговоры об инновационных методах ведения войны, Украина не показала ничего сверхъестественного. Да, у украинских военных отличная связь и разведка. И не одни, а в основном из США и Великобритании. Это, конечно, в определенной степени изменило ситуацию как в интеллектуальном, так и в моральном плане, но это также означало, что мы могли быть более подготовлены в военном отношении. Но эта победа далась очень дорогой ценой.
