Осталась Мария одна на старости лет. Так получилось, что муж уехал на заработки и не вернулся. Бог с ним, решила она. Ей одной без него очень хорошо.
Только подай и принеси слышала каждый раз. Подавала, приносила. Ничего не говорила, сцен не устраивала, терпела. Жалела его, больной должен вкалывать на старости лет. Указом всем мужикам прибавили пенсионный возраст. Ещё девять лет ему до пенсии. С ума сойти.
Одной жить вроде лучше, никто не выносит мозг, не пилит и не придирается к каждой мелочи. Но с другой стороны забор повалился, его надо как-то поставить и укрепить. Ей самой это не под силу. Она смогла только собрать доски после ураганного ветра.
Сосед сам напросился помочь ей с забором. Мужик он препротивный, наглый, назойливый и к тому же алкаш. Деваться некуда, согласилась и он забор ей кое-как починил. Глаза бы не видели то, что он сделал, но хоть как-то забор поставил. Пьяный делал. Сразу видно.
Он приходил позже ещё не раз, все помощь предлагал. Но Мария решила с ним больше не связываться. Сама как-нибудь все сделает и не так безобразно.
На кухне пол стал уходить под печку. Перекосилась вся мебель в кухне. Мария все лето занималась своей кухней. Вытащила из нее всю мебель, сорвала линолеум, выровняла пол. Доски подложила, фанеру, а сверху кусок нового линолеума. Нашла его в сарае. С большим трудом уложила его на пол.
Самое сложное было просунуть его под газовую плиту. Подвинула ее, но снять и вынести не получилось. Побоялась газ перекрыть, шланг от плиты отвинтить. Вдруг что не так сделает и дом на воздух взлетит с ней вместе.
Несколько дней билась над куском линолеума, но всё-таки уложила его на пол. Смогла просунуть его под газовой плитой. Сама себя зауважала Мария. Прям как в той поговорке. Я и лошадь, я и бык, я и баба, и мужик.
Сил физических у нее не так много, как у мужика, зато мозги хорошо работают. Мужик как все делает? Силой своей, иной раз даже не думает, что пустую работу делает. Мария все сперва продумала, потом уж стала делать.
Буфет вытащить с кухни тяжело, а если поставить ножки на полиэтиленовые крышки, то легко можно его не только с места сдвинуть, но и куда угодно переставить. Стол тоже так же она вывезла с кухни.
Конечно, она не атлет и возраст дает о себе знать, но вполне может сама все по дому делать и никого не просить ей помочь.
Муж пока не спешит возвращаться. Нашел себе занятие. Помогает по хозяйству старшей сестре. Та вся больная, как она ещё дожила до таких лет. У нее и астма, и эпилепсия. Конечно, ей нужна помощь. Муж сестры умер лет пять назад. Она одна осталась. Свое хозяйство у нее большое. Дети живут отдельно. Может и помогают иной раз.
У Марии тоже есть родственники, только что-то никто не спешит ей помочь в огороде или в доме порядок навести. Тяпка отлетела от черенка. Как могла прибила ее, а она снова отвалилась и Мария в густой траве ее долго искала. Еле нашла свою тяпку. Пока искала двор травищей зарос.
Топор нашла в сарае. Заросли сирени хотела вырубить, а то разрослась она, прямо джунгли. Но ничего не вышло. Голова от топора отвалилась и Мария ее тоже никак не могла найти в высокой траве. Ближе к осени наткнулась на топор свой, но приделать его к топорищу не сообразила как. Так и лежит, ждёт своего часа. Проще новый топор ей купить.
Муж может и приедет, он часто ей пишет и звонит. Может даже она его примет. Одной тоже плохо на старости лет. Вдвоем все веселее.
