Найти в Дзене
Александр Майсурян

100 лет назад. Последнее заседание Совнаркома с Ильичём

Дмитрий Кардовский (1866—1943). Заседание Совета Народных комиссаров под председательством В.И. Ленина («Последнее заседание Совнаркома с В.И. Лениным»). 1927
22 октября 1922 года Владимир Ильич Ленин в последний раз председательствовал на заседании Советского правительства. В это время он говорил: «Физически чувствую себя хорошо, но нет уже прежней свежести мысли... Я даже стал «благоразумным», по крайней мере по терминологии господ докторов. Я работаю, но щажу себя... Покорно благодарю, больше не хочу болеть. Это скверная штука, — дел очень много...»
Владимиру Ильичу шёл 53-й год. Примерно этот возраст он считал в известной степени роковым. Л.Д. Троцкий: «Ленин не раз издевался над так называемыми «старыми большевиками», и даже говаривал, что революционеров в 50 лет следовало бы отправлять к праотцам. В этой невесёлой шутке была серьёзная политическая мысль. Каждое революционное поколение становится на известном рубеже препятствием к дальнейшему развитию той идеи, которую оно вынесл

Дмитрий Кардовский (1866—1943). Заседание Совета Народных комиссаров под председательством В.И. Ленина («Последнее заседание Совнаркома с В.И. Лениным»). 1927

22 октября 1922 года Владимир Ильич Ленин в последний раз председательствовал на заседании Советского правительства. В это время он говорил: «Физически чувствую себя хорошо, но нет уже прежней свежести мысли... Я даже стал «благоразумным», по крайней мере по терминологии господ докторов. Я работаю, но щажу себя... Покорно благодарю, больше не хочу болеть. Это скверная штука, — дел очень много...»
Владимиру Ильичу шёл 53-й год. Примерно этот возраст он считал в известной степени роковым. Л.Д. Троцкий: «Ленин не раз издевался над так называемыми «старыми большевиками», и даже говаривал, что революционеров в 50 лет следовало бы отправлять к праотцам. В этой невесёлой шутке была серьёзная политическая мысль. Каждое революционное поколение становится на известном рубеже препятствием к дальнейшему развитию той идеи, которую оно вынесло на своих плечах. Политика вообще быстро изнашивает людей, а революция тем более. Исключения редки, но они есть: без них не было бы идейной преемственности».