На окраине поселка купили землю близ озера. Сначала по участку ходила какая-то супружеская пара лет тридцати с хвостиком – они о чем-то спорили, жестикулировали, отмеряли шагами расстояние. Потом прибыла строительная бытовка – старенькая и покосившаяся. Муж копал, жена что-то готовила на костре в мангале. Как-то жалко все это выглядело, но соседям было любопытно.
- Кто ж такие? - любопытствовала через забор Петровна.
- Может наскребли что по сусекам, купили, явно бедные какие-то, - ответил ей сосед Степаныч.
- Я так и подумала. – сказала Петровна. - Едят что попало на костре, я им яички куриные утром предлагала, даже отварить хотела, цену нормальную назвала, но они не взяли. Видимо с деньгами совсем туго.
- Да уж, строиться они будут долго! – покачал головой Степаныч.
Так и вышло – построив всего лишь фундамент, парочка пропала из поселка почти на целый год, оставив лишь покосившуюся бытовку. Кто была эта пара – так и осталось неизвестным, нелюдимые какие-то они, все в себе. Но на следующую весну старая бытовка заменилась современной, и кроме парочки приехала еще бригада строителей. Началась работа, грохотала техника, и это не нравилось местным жителям.
- Да погодите в бабы возмущаться, - ворчал Степаныч на Петровну и ее подружек. – Как тут без грохота дом поставить? Да и что они поставят? Максимум избушку с двумя комнатами.
Но Степаныч был не прав – строился большой дом в два этажа с мансардой, таких шикарных в поселке еще не было! Даже местный житель Руслан, который держал два своих магазина на весь поселок, и то жил скромнее. Откуда у этих бедняков за год появились такие деньжищи? Впрочем, это долго оставалось неизвестным – супруги все так же были отшельниками. Можно было спросить только у строителей, поэтому женщины послали Степаныча, чтобы тот все расспросил, пока хозяева были в отъезде.
- Это Володя с Валей, хорошие ребята, - ответил бригадир на расспросы Степаныча. – Бизнесмен он в городе, строиться вот начал, какой-то благотворительный фонд создал. Только не пойму, почему он ваш поселок выбрал, скучно у вас как-то, дороги плохие.
Степаныч передал все слова бригадира Петровне и ее подружкам.
- Как же, благотворительный фонд у него! – возмутилась Петровна. – Наворовали, наверное, с того фонда и дворец себе строят. Буржуи, хотят нас тут облапошить. Не нужны нам такие соседи. Вот как сожгу их дом!
- Петровна, ты что завидуешь? – со смехом спросили ее подружки.
- Нет! – резко ответила Петровна, и ее глазки забегали. – Просто ненавижу таких буржуев жадных. Год назад я им яички по дешевке предлагала, так они отказались, нищих из себя строили. Я их тогда пожалела, а теперь понимаю – за копейку удавятся. Еще и с соседями не хотят знакомиться, видимо гордые, нас считают ниже себя. Тьфу!
Петровна плюнула в сторону дома соседей.
Дом был достроен, и соседи с любопытством наблюдали, как во дворе появляется ландшафтный дизайн – кустики, деревца, дорожки. Это еще больше возмутило Петровну:
- Да что же это за лентяи такие? Столько земли уходит на разную дурь! Нет чтобы свое выращивать – морковочку, капусточку, укропчик для салатика! Поди и дети у них есть, нет бы им натуральные закатки делать, так они всю химию в магазинах купят и травят этим своих детей!
Наконец, ближе к осени семья въехала – муж, жена и десятилетний сын. Ребенка по утрам отец возил в школу, сам ездил на работу, а жена оставалась дома.
- Выстроил замок этот буржуй, держит жену в золотой клетке, приходится бедняжке весь этот дом убирать. Разве можно так над женщинами издеваться?! Вон, и мать к ним часто приезжает, чтобы дочери помогать! Ну вот как не стыдно – это же рабовладельческий строй, патриархат.
Женщина, которую Петровна приняла за мать, оказалась домработницей. Об этом она сама рассказала Петровне при коротком знакомстве.
- Представляете! – с возмущением говорила Петровна односельчанам. – Я была права: рабовладельческий строй! Они еще и домработницу себе завели! Тьфу, буржуи недорезанные, ненавижу их!
В это время к собравшимся соседям подошел Володя.