В суде я защищала свои права сама, так как моя зарплата не позволяет нанимать юристов, услуги которых больше, чем моя ежемесячная зарплата.
Никогда не думала, что в судебной системе буду слушать слова: «расскажите, чем вы занимаетесь, мы же не знаем, может вы в потолок смотрите». Что, не начав пояснения, буду слышать: говорите только по существу пять раз, тогда как говорить, то я ещё и не начинала.
Как существенно искажались протоколы судебных заседаний, а аудиопротокол второго судебного заседания вообще не вёлся.
С первого заседания было ясно, что судья не собирается разбираться в деле, а закрыл бы его уже на первом судебном заседании. О том, чтобы установить тождественность моего учреждения с коррекционной школой никто и не думал, так как бремя доказывания распределено неверно.
В апелляционном суде никто нарушений не установил, но при этом включение периодов учебы и академического отпуска по уходу за ребёнком в общий трудовой стаж вообще не рассматривалось, так как, по мнению суда, я об этом в жалобе не указала, не смотря на факт, что это обстоятельство в жалобе было, все документы подавала через систему ГАС, это легко проверить.
Тогда появился вопрос, а в полном ли объёме передана моя жалоба в апелляционную инстанцию?
Подумала в кассационной инстанции общей юрисдикции во всём разберутся. Оказалось на практике иначе, чем выше инстанция, тем меньше она заинтересована в изучении дела.
Выяснилось, что вместо 7 листов кассационной жалобы первая инстанция направила 4 листа, на мои запросы выдать копию моей жалобы получены отказы.
В каком варианте она рассматривалась, я не знаю, хотя все документы подавались через систему ГАС.
Верховный Суд вообще не нашёл мотивов для рассмотрения моего дела на коллегии судей. Из определений судов усматривается, формальное переписывание общих фраз, никак не объясняющих, почему, работая с детьми с отклонениями в развитии и выполняя те же функции, что и психолог коррекционной школы, у нас даже должностные инструкции схожие, я лишена права на пенсионное право.
Ведь суду намного проще встать на сторону государственного органа ПФР, со штатными юристами, с готовыми формулировками, чем на сторону простого, незащищённого гражданина, которому обоснования нужно сформулировать, разобраться в деле до самого основания, ведь решается важный жизненный вопрос социального обеспечения.
И тогда встаёт вопрос как в правовом государстве найти правду и справедливость простому незащищённому гражданину?
Почему я, выполняя функции педагогического работника, вынуждена доказывать государственным органам в лице их представителей, не желающих утруждаться поиском истины, идущими по наименьшему сопротивлению, по принципу «и так сойдёт», что право у меня на пенсию есть. Почему «закрываются глаза» на факты, доказывающие, что право у меня на льготное обеспечение есть?
Мне важно найти тех представителей власти, которые отнесутся с пониманием к моей проблеме, помогут решить её, не отмахнуться по принципу «юристов у неё нет, пусть жалуется сколько хочет».
Я знаю, что есть механизмы правовой защиты простых граждан и буду добиваться справедливости в поле информационной публичности.
П.пс: Ставьте лайки, подписывайтесь, делитесь с друзьями.
Есть аудио.... Пишите желаете ли вы такой формат?