Глава 1 НАЧАЛО
ЭЛЬЗА И ВИТАЛИЙ
Эльза хваталась за бедного Лисёнка, как за последнюю надежду согреться тем вечером полтора года назад. Слушала разговор несчастного Макса и признание Елены, когда дети уже спали, а взрослые хотели знать правду. Она вновь почувствовала себя Маленьким принцем на чужой планете. Словно её ногу уже обвила желтая змея, и лживо пообещала вернуть Эльзу на свою планету, чтобы она снова увидела своего любимого человека, не розу, а живого человека.
Эльза чувствовала себя обманутой во всём. Мать Лизы - красавица. Она захотела стать молодой, захотела Эльзиного парня, мужа, еще и отца, и Эльзин дом. А Макса, доброго плюшку, танцора - сделала во всех бедах виноватым. Настолько добрый и наивный он был даже сейчас в разговоре с ней.
Эльзе стало жаль, бесконечно жаль и себя, и его, и Лизу бедную. А потом пришла злость. Она поднималась и застилала почерневшие глаза черными мушками. Если бы Эльза не обнимала дрожащую, как замерзшая собачка плачущую Лизу, ей самой бы потребовалась помощь. Она не ругалась вслух только потому, что Лиза просила - их дом должен быть чистым от скверных слов.
Элеонора пожалела, что слушать это пришлось бы всем, в доме приятных её сердцу людей.
"Слишком поздно, Элизабет!" - вспомнила она и чуть не сказала вслух, чуть не сравнила презрительный, безжалостный тон обращения Елены к родной дочери с этим скулящим нытьём обращенным к Максу.
"Макса эта Лена до сих пор с головы до ног своим ласковым голосом! Я постараюсь не мешать тебе жить", "Неблагодарная дочь! Постараюсь - это значит, что она не хочет стараться! Ведь можно было сказать: "Я не буду мешать тебе жить". ...."Неблагодарная?" Это Лизка неблагодарная? Да она... сердцу милая дочь. Ей бы меня в дочери, вот тогда бы она запела, эта Лена! Дочь - крыса, Макс - детка любимый. Перепутала берега мамаша".
Хотелось страшно отомстить, как пантере вцепиться и этого психолога разодрать вместе с нею, восстановить справедливость, пустить их на удобрение почвы. Слёзы больше не дрожали в её глазах. Но тут Лиза вырвалась из рук, и Элеонора услышала, что у Ксюхи будет малыш.
Её начало потряхивать, а потом и это прошло.
Пересела к мужу и подлезла под его руку.
— Виталь, мой отец, словно мысли прочитал - ясновидящий на самом деле. Сказал, что Ксюха беременна, змею вспомнил, и произнес, что это я во всём виновата. Да, наверное, именно я виновна, но не в бедах вашей семьи, а в том, что Лизу так вот подставили ему, пустились они во все тяжкие в ту ночь. Это же сделала её мать с Кристинкой для того, чтобы Макс стал свободным от меня, чтобы он даже близко ко мне не хотел подойти... А если бы я правда Лизку? Она же такая маленькая, хрупкая... Или наняла не Матвея, который всегда вменяемый, а ГОСПОДИ! Спасибо, что этого не случилось, спасибо!
Эльза почувствовала руку на своей голове, муж погладил волосы, прижал и поцеловал в макушку.
— Виталечка, любимый... Ты отец и муж, такой хороший... Такой же хорошенький, как она. Такой... мой! Слава богу ты меня не обвиняешь! Ведь когда любимый человек обвиняет - это самое страшное. Макс меня обвинял... От этого плохо, всегда, всю жизнь. ... Матвей? Ты до сих пор меня обвиняешь? Лиза? Пожалуйста, скажите! — громко попросила Эльза.
Он отрицательно покачал головой.
— Эля, ты с ума сошла, конечно ты ни в чем не виновата, я люблю тебя! — Сказала Лиза и послала в их сторону воздушный поцелуй.
Полина рассказала свою историю вовремя, стало спокойней, но Эльза всё равно не удержалась и шепнула о своих переживаниях мужу:
— Я - оборотень. Виталь, чуть не рванула искать твою жену бывшую. Ксюха с Полинкой отвлекли.
— Я тоже не мог это слушать. Сижу, как зверь.
— Давай подумаем о хорошем, например я думаю: как хорошо, что у меня нет двойняшки, — шепнула Эльза ему в ухо, — И еще - Полина не любит богатого Саньку сто процентов, а больше всего она не любит его брачный договор, и что его наследство - это только его, при разводе оно не поделится. А на моего щедрого отца она посматривает с больши-и-им интересом. Это похоже на желание быстрее получить часть моего наследства. Но она вполне может чувствовать его шарм и обаяние. Твоя дочь, кстати, тоже считает моего отца красавцем. ... Какая же она... Странная женщина, эта твоя... жена... плохой человек... Я не могу! Вот жаль, что ругаться нельзя!
Эльза её ненавидела, испытывала жгучее непримиримое к этому милейшему голосу, который всё еще звучал у неё в голове. И какой добрый, порядочный человек был с ней рядом, за которого она вышла замуж. Как ему сейчас было плохо.
— Эль, ты что? Здесь моя дочка. Не надо.
— Как жаль тех пяти лет, что у меня украли... Или даже целую жизнь. И ребенка, похожего на Максимку. Я была плохим человеком, но я бы не сделала такое ради мужика, даже ради Матвея не стала бы так... совсем уж стараться. А вот ради тебя... Пожалуйста, только не жалей о ней, слышишь? Пожалуйста. Лизка за мать боится, и сейчас дошло, что ты можешь, как Лизка любить её,... как родную.
— Я люблю тебя. Тебя. О ней я только сожалею, что не оценивал, верил и надеялся. Думал, что она хороший человек, просто запуталась.
— Ты прости меня, дорогой, но я сейчас с ума сойду, — сказала она тихо. — Меня ненависть отравляет, а я хочу только одной любви.
— Сейчас пойдём в наш недостроенный дом, проверим, как там дела. Подожди немного. Дети спят здесь, а мы останемся на ночь в своём доме, там можно жить. Тепло включили, а что нам с тобой еще надо?
Крадучись, словно преступник, зашел кот Винс и стал подбираться к Виталию со спины, к своему избранному хозяину. Эльза заметила кота, быстро вывернулась, схватила на руки и прижала к себе.
Винс прижал маленькие уши, напрягся.
— Я завела у отца тоже котика, Виталь. Подарила, чтобы ему было кого любить вместе этой Лены. Думала, что это кошка, сказала ему, что это кошка-Ленка. А оказалось - он мальчик. Отец сказал, пусть будет снова Матвей Сергеич... Он его Сергеичем зовёт. Представляешь? Такой же кот гоняет сейчас по посёлку, кормиться приходит и спать. Этот - ласковый такой, а второй хитрый, шустрый. Они, как двойняшки скоро будут, только отцовский подрастёт еще месяцок, и тогда можем их перетасовать, поменять местами в шутку.
— Ты хочешь сказать, что у моей дочери теперь дома будет подставной такой же кот?
— Да, а этого хорошего папаше в замок жить переселю. Посмотрим, догадаются они или нет! ... О, смотри, Сашка уже пошел к беременной сестре. А ведь он знал, чуял, что дело нечисто, — улыбнулась Эльза, — Он знал, что с ним Ксюша-двойник была. И Лизка тоже это понимает! Она видела, как он бегал от Ксюшки. Стеснялся. Это судьба опять играет с ними. ... Ох, как мне плохо, прости. ... Нет, я уже почти всё забыла. Мне не жаль, и не виню никого, ведь ты со мной.
— Тебе жаль, Элечка. Я вижу, как тебе жаль.
— Лизке и Максу досталось этого ужаса больше всех. По полной оба получили. А ведь они не озлобились, да? Только Лизка на него всегда бычит, всегда она на него смотрит ... Ну не так, как могла бы смотреть на такого доброго парня, как он. Но Лизка и Максим не злые. Может так и надо? Мы же не щеки ей подставляем, а просто... Машу ей не отдавай. Маша твоя и ...наша Маша. — Эльза тихо захихикала. — Такой женщине без возраста можно только кота отдать на воспитание, и то, она его будет забывать кормить. Знаешь, я много болтаю, когда нервничаю... А знаешь, почему я хочу что-то отдать? ... Когда чудовищу, демону приносишь жертву, зло на время успокаивается. Но Макса жалко. Он хороший. Ты не ревнуешь?
— Да как тебе сказать... Бывает. Ты же у меня такая красавица, Эль. Молодая и красивая.
— Я не про себя. Ты бывшую жену не ревнуешь? Я-то от тебя всю жизнь не отойду ни на шаг! Сама знаю, что такое ревность и как одним разом можно всё испортить. Поэтому будь спокоен и меня успокаивай. Я никогда в жизни не чувствовала себя так хорошо... Никогда...
— Эля, тихо.
— Ты мой муж, что такого? ... А-а... Лисёнок твой! Так она сидит и смеётся. Давай уйдем, давай я поплачу от горя и счастья, и мы всегда будем уважать друг друга...
***
Первыми тогда ушли Валерий Яковлевич с Полиной. Эльза прощалась с отцом и разрыдалась на его плече.
Потом с дочкой на ночь попрощался Виталий.
Они зашли в дом, где всё еще было в строительной пыли и поднялись в одну единственную готовую комнату, где на полу лежал матрас, подушки и плед. Эльза зажгла две новогодние свечи, которые остались с прошлого раза и выключила свет. Она всё еще плакала, тихонько всхлипывала.
— Отца что-то жалко стало. Твоя дочь защищала её до последнего и будет с ней, если она позовет. Вот это преданность!... Может мне тоже свою мать простить? Я ведь... сама была не подарок. Хочется жить дальше вообще без ненависти.
Эльза была нежна, глаза её широко открытые, живые смотрели честно.
— Эля...
— То, что с нами случилось это... прекрасно! ... Я хочу сказать... в мире так много любви, что нет места ненависти, да? Двойняшки стали счастливы обе, Лиза смеялась над ними, Матвей улыбался, кот у них добренький, не кусается больше... Отец что-то пел про свой последний раз, а больше ничего не могу вспомнить! С тобой тоже всё в порядке?
— Да.
— Я люблю тебя, — сказала она с улыбкой.
— Я тоже люблю тебя, — сказал он. — А что еще было? Не помню... И не надо вспоминать.
На следующий день Виталий получил сообщение от Елены:
"Твоя тёща покинула нас навсегда, мой папа не будет жить один, я забираю его к себе. Наша дочь простила меня, а ты? Ты простил меня? Не хочу всю жизнь носить в себе эту вину, я могу заболеть из-за неё".
Он решил ответить, тщательно взвешивая каждое свое слово. Лена была его женой, матерью детей, изменить что-либо никто не в его силах. Но он вспомнил их разговор и многое другое из одной на двоих молодости. Горечи было больше в его воспоминаниях, чем любви.
Отправил ответ: "Я очень сожалею о случившемся. Помню, как мы говорили о твоих родителях в тот вечер, когда решили пожениться. Спросил тебя: Когда они смогут приехать? А ты ответила, что им обоим на тебя плевать и они отказались приезжать. По тому, как ты отвела глаза и усмехнулась, я уже тогда догадался, что ты мне солгала, и они тебя очень любят. Слишком ты была смелой, эгоистичной и независимой от чужого мнения. Такие дети могут вырасти только с любящей матерью, которая их балует своим вниманием. Но я закрыл на это глаза. Прими наши искренние соболезнования, если я и могу что-нибудь для тебя сделать в будущем, не рассчитывай на моё прощение. Повторю, что этого я сделать не смогу, потому, что пострадали мои дети".
Он отправил и поднял взгляд. Эльза убирала со стола после завтрака и улыбалась. Она смотрела на Машку, которая тщательно вытирала ручки Макса. Увидел ямочку на щеке Эльзы.
С ней ему было спокойно. Бог с ними, с недостатками в речи, она привыкла так выражаться за много лет, да и у него своих недостатков хватает. С ней всё равно очень хорошо. Пережили трагедию, но в этом мире столько несправедливых, нечестных людей, поэтому лучше навсегда забыть холодный взгляд Лены на Лисёнка и детское напуганное лицо Машки. Обе дочки так быстро мирились с матерью, а она так быстро перевоплощалась в любящую мать... Но, слава богу, больше этого не будет, встречи не больше раза в месяц, а то и вообще сойдут на нет.
— Мария Витальевна! Пора гулять!
Он услышал в голосе Элеоноры смешливую интонацию.
— Я не знаю, какие мне туфли надеть, я не знаю! - спрашивала Маша.
— Я тоже не знаю, мы не на свидание идем, поэтому надевай самые удобные! Как твоя сестра Лиза.
— Нет уж! Я с камушками... Новые!
— Ладно, тогда я тоже новые. А Максик пойдет в удобных кроссовках, как Лиза. Он будет бегать, а мы сидеть, как две чучундры. ... Дело в том, Маш, что мы идем гулять, а не на день рождения. Понимаете, мадам? Ножки не устанут?
— Это нужно! Там будет Никита!
— А-а. Никита... Тогда надо с камушками. Но я возьму с собой твои кеды. Никита посмотрит на драгоценности, ты его подкупишь, потом переобуешься, как умная и практичная леди.
— А мы переедем? И я не буду с ним гулять?
— Ты будешь с ним гулять в этом парке, пока он тебе не надоест! Я буду тебя привозить.
Маша замолчала. Потом подошла и прижалась к отцу. Посмотрела его глазами на Эльзу и спросила:
— А тебе мой папа не надоест?
— Твой папа - моя вечная неземная любовь на всю жизнь. — Серьезно ответила Эльза и послала воздушный поцелуй.
— Мама сказала, что надоест. Мама сказала, что скоро ты его бросишь, и я Макса больше не увижу. Потому что он мне не родной братик. И выгонишь нас.
— Когда это она успела?... Это папин дом, наш общий дом, и мы всегда будем вместе. Ты умная наша принцесса, умница. Пойдемте одеваться, нечего время терять, там Никита твой заждался уже. А парни не любят ждать, они становятся вредными.
Пока дети резвились, Эльза думала о том, как будет представляться потом учителям, другим матерям.
Она всегда сразу отвечала "Да" на вопрос мама ли она белокурой девочке. Но, чем старше, тем Маша будет больше вопросов сама задавать, и может стыдиться, что у неё мачеха.
Виталий наблюдал за ней и, казалось, читал мысли.
— Я уверен, что ты будешь настоящей матерью, а не мачехой. Наши дети станут самыми счастливыми. У них же будет всё - наша любовь, деньги на образование, богатая жизнь... Эля, ты же об этом думаешь?
— Деньги не всегда приносят счастье. Разве по мне не было заметно? Я думаю, вот бы найти того, кто был счастлив в детстве со своей мачехой и поговорить с ним. Пусть расскажет, какая она была... Хотя... Я бы хотела, чтобы у меня была хотя бы одна нормальная мачеха. Да, как видишь, я очень боюсь, что не справлюсь.
— Ты не бойся, мы успеем вырастить всех наших детей в любви и доверии.
— Надеюсь, что они будут гордиться нами, как Лиза гордилась своими родителями, особенно тобой. Только бы не стыдились. Мне вот стыдно за свою мать, я избегала её и продолжаю сторониться, но Машка всё к своей просится... Виталя, ты сам, главное, меня не выгоняй. А то, как я буду обещание выполнять?
— Я не расстанусь с тобой, потому, что люблю и нашел в тебе всё то, что мне так не хватало.
— На рыбалочку хочешь? Поедем. Я готова и на футбол, и вообще... собаку ты уже какую-то брошенную бродяжку пожалел, она в будке живет, Лизка её кормить боится... Мотоцикл я себе купила, теперь можно вместе погонять... Этого тебе не хватало?
— Элька. Не знал, что такая женщина существует, — он заключил Эльзу в объятия, — Ты должна мне как можно скорее родить сына или дочь. Я хочу воспитывать еще молодым.
— Знаешь, как я этого хочу? Тоже решил, что будешь так, как я мечтаю? Или на самом деле? Ты не шутишь? Хочешь ребеночка? Ты понимаешь, как сильно я этого хочу?
— Да, Элечка. Я понимаю.
...
Эльза очень хотела родить от любимого ребенка, но у них никак не получалось.
Однажды она уже была так уверена, что, наконец, забеременела, что даже чуть не сказала Лизе. Подождала еще два дня, взяла тест и улыбалась, представляла, как скажет мужу. Но он показал одну полоску, а вечером... Вечером она вновь возненавидела себя и своё тело.
На очередной её приступ паники он сказал:
— Наверное, когда очень хочешь - не получается. Не расстраивайся. Значит так должно быть. У тебя прекрасный сын, у нас на двоих дочь и сын. Успокойся, хватит себя терзать каждый месяц, улыбнись, моя хорошая.
— Я вспоминаю, как ты меня беременную успокаивал, — пробормотала она в ответ, — Это было в миллион раз лучше. Знаю, мужчины не любят больных жен, у меня стоит печать"здорова", а на самом деле...
— Мне показалось, или ты волнуешься, что с тобой что-то не так? — спросил он, и тогда из её тёмных обиженных глаз хлынули горькие слёзы.— Перестань, Эля. Я могу быть виноват в этом тоже, мой возраст. Пройдёт еще несколько месяцев...
— Нам нельзя ждать несколько месяцев! — слова вылетели и она стала защищаться, — Вдруг это последствия чего-нибудь? вдруг это она меня так ненавидит или пошла к какой-нибудь страшной старухе за то, что я увела её мужа? ... Господи я не могу ждать так долго!
— Как же я могу помочь, если ты беспокоишься о какой-то старухе? Элечка, тихо! Машка, кажется, бежит сюда. Прошу тебя, успокойся.
Виталий в этот вечер читал Маше и Максимке и случайно заснул в детской на ковре, подложив под голову пушистого медведя.
Эльза забежала в ванную и включила воду. В обычные дни она была спокойней, а сейчас слишком слезливая и обидчивая.
Она решила не будить его пока, не забирать из детской. Оделась и вышла прогуляться.
Ей хотелось даже закричать, могла начаться какая-то озлобленность или депрессия. Чувство было такое, словно судьба говорит ей "Нет". Но за что? В чем все таки дело? С Максом всё решил один день, одна ночь и один раз, как и у Сашки с Ксюхой.
...
Ксюша родила так легко, вместе с ним и его матерью. Они рассказывали и смеялись. Девочка Алина при крещении Александра. Сашенька... Эльза ужасно захотела девочку и даже всплакнула на этих крестинах. Нет! десять месяцев ожидания беременности - это ненормально. Она была уверена, что сейчас при такой задержке наконец-то их мечта сбылась, и вот... опять не получилось!
Чувствуя себя на грани отчаяния, Эльза открыла ворота, выбежала, обхватила первую сосну и дала волю слезам.
Они переехали сюда летом, а сейчас уже снег.
Она упала на колени, закрыла лицо руками, и начала молиться.
Все мысли были о проклятье, несовместимости и каких-то проблемах с генетикой. Эльза измучила врачей и осталось только снова попросить провериться мужа.
— Эльза, ты что? Напилась? Как не стыдно!
— Матвей, уйди. Отстань отсюда!
— Что случилось? Неужели ты плачешь? Пошли к нам, Лиза тебя увидела в окно, выгнала меня позвать. Помаши ей, что всё в порядке.
— Что ты врёшь, не могла она увидеть, наш дом далеко...
— Она высматривает лису через объектив. Такая плутовка ходит, красивая. Мы её подкармливать решили. Лизка на подоконник усаживается, чай рядом ставит и сидит из окна нашей спальни смотрит в фотокамеру с большим увеличением, ждет... Разбудила меня, я уже спал. Да что ты в самом деле?
— Нет ребенка... — Еле выговорила Эльза.
— Эй перестань! Прекрати! У вас два ребенка... Тебе всё мало... Макс твой совсем маленький еще. Нашла повод поистерить, соскучилась по психам. Быстро в себя пришла, снегом умылась и можешь пойти к моей жене с улыбкой, а в таком виде - не пущу.
— Матвей, ты жестокий.
— Я знаю. Но я люблю её, а ты просто с ума сходишь опять. Ладно, пошли. Поговоришь и успокоишься, она мне уже звонит.
— А если бы Лизка не могла тебе родить, ты бы её всё равно любил?
— Я бы сам за неё родил. Конечно! О чем ты вообще говоришь?
Я понял, ты просто боишься, что всё-таки ненормальная, что у тебя проблемы.
— Я боюсь, что он меня бросит такую. С прошлым.
— Представляешь, я тоже сейчас проснулся и боюсь, что она меня не любит за прошлое, разлюбит и бросит. И что теперь, слезами умываться?
— Ты?
— Я! Эльза, пошли.
— Как это?
— Она мне говорит: "Иди к ней!". Я возмущаюсь: "С чего это?" Говорит: "Это твоя бывшая девушка, иди, она тебе всё расскажет про отношения с папой. А мне нет". Ну не представляю ситуацию, когда вот так Макс, например, телёнок шелудивый, таскается по освещенному фонарями лесу, а я её бужу и говорю: "Лизонька, там что-то Максу одиноко, плохо. Вон он один, пойди поговори с ним, пригласи к нам в гости". Лиза мне спросонья отвечает честно: "У Макса своя жена есть, я тут причем?" А я настаиваю: "Нет, иди! Ты - женщина, ты можешь его успокоить. Иди, спроси, что случилось". Она вообще не ревнует.
— Да, странно...
Странная Лиза уже приготовила всем чай. Матвей зашел и сказал, что проблема в детях - их у Эльзы, оказывается, нет. И засмеялся.
Лиза решительно стащила с неё куртку и усадила за стол.
Она сказала уверенно:
— Мы с тобой будем рожать почти вместе. Сначала я, потом - ты. У меня будет мальчик, а у тебя девочка. Ты будешь кричать, а меня усыпят. Папа будет с тобой рядом стоять, а Матвея выгонят, потому, что он будет вести себя нервно. Это будет через одну весну, в эту мы с тобой уже не успели...
— Ты сон видела?
— Я так представляю. Не плачь и не страдай, наслаждайся!... Просто живи!
— А если я не доживу до той весны?..
— Сейчас точно кто-то получит и не доживёт, — сказал Матвей, — Ты что мне жену по ночам пугаешь, тюдовище?
Эльза почему-то поверила, успокоилась и стала наслаждаться жизнью. У неё еще было пять месяцев с небольшими задержками, а вернувшись с отдыха, увидела две полоски. Никому не сказала, пока муж не заметил животик. Боялась сглазить.
Там на пляже она поняла, что такое настоящая мачеха, которая лучше, чем мать и совершенно успокоилась.
Ольга Ивановна поехала с ними не зря. Она оказалась такой умной женщиной, что Эльза пожалела - ей бы такую даму встретить в юности, жаль, что она не догадалась отсыпаться в библиотеках. Разговаривать с ней было очень интересно, всё равно, что читать какой-то захватывающий роман.
А когда тётя Оля брала на руки её Макса, вся светилась от гордости и просто невероятно преображалась.
Катёнок покорила сердце отца, а Максик - Ольги Ивановны. Она и поехала в такую даль только потому, что хотела с ним повозиться в качестве няни.
Катя так никому и не давалась, кроме родителей, брата и деда Валеры. Она была очень осторожна в знакомствах, и её внимательные глаза слишком сильно напоминали Лизу и Нелличку. Поэтому хотелось верить - она будет так же счастлива в любви.
Максимка её просто обожал, без Кати он ни дня не мог. Там на пляже, его старшая на год подружка бегала от мальчишки, а он всё ласково смотрел и таял от чувств.
Маша была другой девочкой. Эльзе казалось, что она пошла в своего деда и Виталия, но от Лизы взяла добрый, жалостливый характер. Маша всё время кого-то гладила и приговаривала ласковые слова. Эльза представляла её в будущем добрым врачом-педиатром, которая осматривает малышей и говорит им : "Не плачь, мой хороший".
Элеонора подарила Виталию сына, а себе второго мальчика.
Увидела впервые настоящую радость на лице своего мужа. Он стоял перед ней - мужественный с крохотным младенцем на руках, завернутым в его рубашку.
МАТВЕЙ
Вечер, когда он включил запись признания Елены, Матвей хотел провести совсем по-другому, но сделал, как попросила жена. Голос у её матери был таким жалостливым, а слова любви... Сколько же горя он увидел в глазах, как Лиза сожалела... Она опять жалела мать. А потом пришла в себя и даже смеялась.
— Матвей, почему она вела себя так? — безысходность в сверкающих глазах.
— Как, моя любимая? Она так же ведет себя с Максом, как и с тобой, когда ей что-то нужно. И со мной так, с отцом твоим... Со всеми. Я не прав?
— Она не может всё время играть. Что-то же из этого - правда? ... Я соскучилась!
— Только не плачь, Лизонька. Не заставляй меня обзывать твою мать, я еле сдерживаюсь ради тебя...
— Она просто избалованная и любит Макса! Да? — Лиза обняла. — Я сейчас скажу тебе тайну. Она останется в моей памяти все равно хорошей...
— Хорошо, кошечка, ты ничего не слышала, она ничего не говорила, я все забыл кроме того что у нас остались Сашка и Ксюха.
— Сашенька знал, что с ним была Ксюша. Она приезжала на один день в ноябре. Мы с тобой не знали, но она приезжала. Он это почувствовал сразу как увидел её, но не признался. Он же не глупый, понял - сестры поменялись. Её захотел, наверное, видеть своей женой... А вообще твой друг любит обеих твоих сестёр-двойняшек, он мне рассказывал, как ты обещал с ними познакомить. Они еще на фотографиях ему понравились. Ты показывал маленьких кудряшек, их мордашки, а он в одну из них влюбился когда приезжали к тебе первый раз. Твоим сестрёнкам по восемнадцать лет было тогда, помнишь? Ты помнишь, как впервые привёл их в клуб, вы сидели втроём. И Сашка подошел.
— Нет, не очень хорошо помню. Сашенька был, да. Сказал, что ему понравились обе. В тот год я и познакомился с Эльзой, перестал сестёр приглашать, а ещё через год ушел с дневных смен "ЭлиZиума" и открыл свой ресторан. Лиз, я пьяный.... Останься со мной, посиди со мной? — попросил он тихо.
Лиза, молча, уткнулась, как котёнок, и он глубоко вдыхал её родной запах, перебирал её мягкие, густые, гладкие, как шелк, волосы. Хотелось Лизу успокоить и услышать мурчание.
— Ты устал, Матвей? — она отстранилась, — Иди отдыхай, я чувствую, как тяжело и быстро бьётся твое сердце.
— А ты со мной пойдёшь?
— Я посижу ещё, мне надо подумать.
— Нет, кошка, ты не будешь одна сидеть тут и переживать. Я вижу твоё состояние, пойдём со мной... Или хочешь, прогуляемся?
— Любименький, Матвей. — шепнула она на ушко, — Оставь меня, прошу. Я хочу ей позвонить, услышать её голос... Как она будет со мной разговаривать?
— Ты за неё волнуешься! Она ничего с собой не сделает, Лиза!
— А ты уверен? Я не прощу себе, если она сделает, а я ничего не сделаю чтобы это предотвратить.
— Она дождётся когда его выпишут, это я точно знаю. Она и свадьбу дождётся и, поминки дождётся, и всех переживёт!
— Матвей, не злись. Мама приходила рано утром к нему, сейчас поздний вечер... Вот что она делает?
— Я сам позвоню, спрошу. А ты улыбнись! Быстро! Ты это хочешь у меня попросить и боишься?
— Да, боюсь. У неё такой голос был обречённый, особенно когда... Ну он сказал что любит, а она сказала, что будет больно и одиноко без него. Она плохо чувствует себя. ... Я сразу представила что люблю тебя, а ты другую девушку. И отказываешь мне...
— Не бойся, кошка. Я позвоню, и ты услышишь совсем другой, нормальный голос. Успокоишься и мы пойдём вместе спать, но не надо ей звонить самой. Она может обидеть тебя. Или начать обманывать, плакаться, жаловаться. А теперь, красотка, слезь с меня, пожалуйста, мне нужен ледяной душ, иначе мой голос будет слишком неправильный, и она ещё чего подумает.
— Ой, я поняла. Лиза быстро и легко вскочила. Всё! Ухожу! Спасибо! ... Передумала... Нет, не уйду, хочу услышать, что она скажет тебе!
В этот раз Елена ответил на звонок сонным голосом.
— Матвей, ты знаешь сколько времени? Что тебе нужно? Максу стало хуже? — спокойно спросила она.
— Лучше.
— Почему ты не спишь? Волнуешься за меня? — вопросы заставили Лизу замереть от неожиданности.
— Дело у меня к тебе. Не трогай Лизу. Не обижай её больше. Иначе я смогу отправить тебя в ад.
— Ты для неё опаснее всех. Самый опасный человек - безумно любящий человек. Помни об этом. Мне снилось, как ты отправляешь её в ад. Из-за ревности. Матвей, не смей бить. Понял? Максим не признался, что это ты, но я не поверила ему. Такие мужчины, как ты - бьют своих жён. Только посмей!
— О, господи! Мама! — не выдержала Лиза.
— Дочка? ... Доченька, ты здесь? Ты что, слышишь? Если он тронет тебя, звони в полицию сразу, не жалей его!
— Спокойной ночи, мам. Мы любим друг друга. Я просто хотела сказать, что не виню тебя, а сожалею о том, что ты так ко мне относишься. Живи сама, как тебе нравится, но если ты не уважаешь моего мужа, я буду защищать его. Потому что я его сильно люблю.
— Это хорошо, что ты сама сожалеешь! Вижу, ты все поняла опять неправильно! Как и всегда! Представляю тебя сейчас, Лисёнок, ты, наверное, бледная, а глаза горят. Но мне кажется, ты ещё не выросла, ты все ещё маленькая, маленькая глупая девочка. Надеюсь, ты дойдешь своим умом и никогда больше не будешь играть в любовь с мужчинами, которые тебе не нужны, и притворяться. Спокойной ночи, Лисёнок!
Матвей смотрел, не отрываясь смотрел на свою жену, и что Лиза уже не испытывала страх за жизнь матери, все тревоги с лица исчезли.
Он позвонил, потому, что знал её, свою жену, её человеческую природу. Понимал, почему она и её мать нуждаются в друг друге. Даже когда чувствуют себя врагами, им сладостно быть любимыми друг другом.
Матвей тоже сейчас ни о ком не мог уже думать с ненавистью, презрением. Никого не обвинял. И даже к тёще, оказалось, не только предателю, но и настоящему врагу, испытывал лёгкую признательность за то что она успокоила дочь.
— Ты такой сейчас хорошенький! Что ты так смотришь?
— Любуюсь тобой,
— И почему ты всегда такой мужественный, и ... такой нежный?
— Я нежный только с тобой. Лиза ты счастлива? Ответь мне.
— Матвей... . — её голосок был тихим и скромным. — Как же хорошо...
От этого доверчивого голоса с ним происходило что-то совершенно необъяснимое, такое светлое тепло, счастье растекающееся внутри...
— Как я люблю, когда мы лежим и смотрим друг другу в глаза, как я люблю это время, кошка.
— Ты первый закрой глаза и спи.
— Нет, я не могу, хочу ещё полюбоваться тобой.
Она тут же закрывает глаза и отключается без сил.
Матве вспоминал, как влюбилась, она влюбилась.... влюбилась...
ЛИЗА
"Милый, милый мой, любименький мой Лис!"
Бывает, что в новой фамилии заключена какая-то волшебная сила превращения, сила незаметная и таинственная. Сначала она кажется такой смешной и не значительной, случайной какой-то. Фамилия, это как простое колечко, которое так легко надеть.
Колечко может быть неподходящим. Сжимать в тисках отёкший или располневший палец. Может спадать, слетать и теряться. А может всю жизнь сидеть как влитое, слиться, сродниться так, словно это кольцо - часть нового человеческого существа.
Елизавета Аксёнова смеялась, когда примеряла на себя новую фамилию. Её смешили мокрые ресницы и обиженные слова жениха, но она сразу обрадовалась. Её кольцо не сжимало и не слетало, она его не замечала. Она любила, любила бесконечно сильно и уже не могла воспринимать себя прежней. Ей так понравилось быть Аксёновой, что душа искрилась от восторга.
Никогда она бы не смогла уже стать другой или вернуться к прежней жизни, только Аксёнова.
Когда её подсознание оказалась под властью этого мистического таинственного ритуала, она, окольцованная навсегда, своей счастливой душой почувствовала его счастливую душу. Прошло полтора года, и все это время жизнь среди красоты природы освежала разум, танцы сделали тело гибким и сильным, ласки наполнили сердца и Лиза получала свои гормоны счастья, которые ей помогали выжить.
Любовь к детям и детей к ней заполнили мысли, она чувствовала каждое утро восторг, а каждый вечер, перед тем как он скажет: "Спокойной ночи, любовь моя", Лиза чувствовала радость той жизни, где он рядом, любимый. Лиза не могла по-другому.
Катюша вприпрыжку скачет с улыбкой или бегает по комнатам, всегда она чем-то увлечена, она всё время танцует.
Матвейка все время жаждет к кому-то или к чему-то присоединиться, так ему нужно, чтобы приласкали, выслушали, пригласили к себе, поблагодарили его.
Машка возится с нарядами, цепляет на в себя все бусы, колечки, все заколки... и туфельки у неё меняются по десять раз на дню, и волосы она все время готова причёсывать, всё поправлять и приглаживать. Она стала еще больше похожа на свою мачеху.
Максимка милый прижимается, смотрит в глаза, все время лезет повыше, чтобы, много-много доверчиво посмотреть в глаза. Его крупные локоны и длинные ресницы смешные, он немного похож на девочку, но и мальчики бывают ласковыми.
Такая исходит от детей сила, такая игривая радость, что Лизу сразу же затягивает в их веселье.
Или находятся другие интересные дела.
Иногда, с пятницы по воскресенье у неё выступления. Она любит своих зрителей. Их не очень много, но все они смотрят на неё с теплом и радостью. Лиза заканчивает институт, перевелась на заочную форму обучения. Она не поступает на актрису. Была на пробах, снималась в массовке, понравилась, заметили, уже пригласили в массовку театра, дали роль. Она могла плакать и смеяться по своему желанию. Могла стать другим человеком на сцене, она была очень искренняя, яркая и нравилась людям. Валерий Яковлевич и Теодора ей помогли, они её познакомили сделали для неё белоснежный кораблик и пустили по течению. ... Но Лиза в деловом костюме на высоких каблуках с разглаженными, аккуратными волосами входила в офис к мужу финансовым аналитиком.
Матвей умолял её только глазами, молчал, ничего не говорил, но так боялся её потерять. Он только пьяный признавался, что все время хочет видеть её и никуда не отпускать в свободное плавание.
Светящаяся счастьем Лиза приняла его приглашение. Его "кораблик" пустился в путь. Не только близкие, но и совершенно незнакомые люди были к ней благосклонны в этом бизнесе. На работу она не входит, а влетает, встряхивает гривой светящихся ярких светло-каштановых волос с пылающими щеками, быстро направляется к своему кабинету. Она уже со всеми перезнакомилась уже восхитила, уже доказала свою скорость ума, она набирается опыта, и разговаривает уверенным голосом. Всё у неё было замечательно, чудесно и восхитительно. Лиза поняла, что ей понравится такая работа, когда помогала мужу по ночам. Поняла, что нужно было это для того времени когда он "врубался" и может стать её профессией.
Матвеем она горячо восхищается, не только им. Валерий Яковлевич тоже слушает деловые комплименты, и ему становится ясно: Лиза - человек, которого переполняет благодарность.
— Ах, Птичка, только бы тебе не надоело. Я без твоего голоса сказочного с тоски околею.
— Валерий Яковлевич, вы очень милый! Котёнка дайте, она уже тяжелая!
— Катрина сама к тебе не хочет! Да, невеста моя? Нравится у мамы на работе? Сейчас она тебя поцелует и пойдём отца твоего проверим, как он там! Ты должна уже собираться, Елизавета Витальевна. Никто не лишит нас развлечений, скоро у всех отпуск. Я вообще-то не просто так приехал, хочу похвастаться - Катерина сегодня выучила целую поэму.
Двери открываются, дочь машет рукой, удобно устроившись на руках тигра с весёлыми глазами, золотыми глазами. Иногда тигр называет Лизу "моя вторая дочь, которую мне обещали, а Катя моя единственная внучка"... Он всё устроил, как хотел - во главе его компаний порядочный и достойный Матвей Сергеич, женатый на его второй дочери, "которую ему обещали".
И вот они на берегу океана...
Сидят все вместе вечером в открытой беседке за большим столом. Играет музыка, все загорелые, счастливые все смотрят весело.
Лизу обнимает высокий стройный мужчина. Он берет её ладошку и подкидывает.
А потом склоняется и шепчет:
— Помнишь, какой сегодня день? Сегодня я узнал, что ты существуешь на этом свете... Услышал твоё имя, Лиска.
— И тебе стало любопытно, кого хотят так наказать! Спаситель мой! Всю жизнь благодарна буду!
Валерий Яковлевич поднимает бокал и важно говорит, так важно, как он привык говорить, когда волнуется:
— Мы здесь все собрались, благодаря одному человеку. Я люблю вас и безмерно уважаю, но никогда не был так счастлив, пока не встретил её, нашу Леночку. Птичка, мне кажется, где-то и на твоей планете до сих пор живёт старая крыса, а ты слушаешь, как она скребется по ночам. Ты судишь эту старую крысу, время от времени приговаривай ее. Но потом каждый раз надо будет ее помиловать, надо беречь старую крысу. Мать ведь у нас одна. И жизнь у нас одна. Ты должна сама это понимать. И перестать судить, пора помиловать. И себя надо помиловать.
Лиза смотрит на него внимательно. Делиться секретами уже не опасно, она ничего не лишается, тем самым оказывает близким людям своё доверие.
Настойчивый взгляд Макса сменяется доверительным, когда она говорит о том, что хочет сказать что-то очень важное именно ему.
— Я хочу, чтобы мы кое с чем покончили, — сказала Лиза, — Мне кажется прошло достаточно времени, сто лет прошло, как всё это с нами случилось. Не знаю сейчас, хорошо это или плохо, знаю только, что люблю Матвея, наших детей, ваших детей, ваших ещё нерождённых детей, вас всех, своих дедушек и бабушку, И свою мать. Единственное на что я, наверное, всегда была способна - это отличить достойного, хорошего человека от плохого. Макс, без твоего участия я никогда не смогла бы встретить Матвея и полюбить его. Я бы не смогла, это точно. Нет, не могла бы я его встретить. Та девушка, которой я была до встречи с тобой, сразу бы уехала. Если бы ты, Макс, потанцевал со мной, но не сбежал сразу, а мы бы... поговорили,... я бы сразу после этого уехала в аэропорт и домой. Я даже вещи не разбирала. Это было моё решение подчиниться маме, приехать учиться туда, где ты. Хотела встретиться, найти тебя, сказать тебе, что у нас семья, и я не позволю её разрушать. Узнала сразу, когда мы танцевали и ты сказал "Ахтунг бэби" - я уже слышала эти слова, Не бойся меня, осторожно, детка... А потом, твоя сестра пришла ко мне в комнату. Потом Эльза пугала своими бандитами... Но я всё еще хотела вернуться домой. Мне было давно уже все равно, что моя мать желает, хотя я молила её о помиловании. Знала что она хочет обидеть папу, но не знала, не думала, что она и с Валерием Яковлевичем связала свою жизнь. В общем, Макс, я бы уехала и никогда в жизни не стала бы учиться и жить вместе с человеком, с которым моя мать имела связь. Я бы высказала тебе всё, что на моей душе. Взяла бы вещи и вернулась домой, а там все честно рассказала бы родителям. Я приняла такое решение. — Голос Лизы был хриплым, неспокойным, и от этого казалось, что она хочет сказать ему другое, что она лжет, — Ладно, я должна это сейчас сказать, потому что такое говорят раз в жизни. Или вы поймёте меня, или не поймёте, но сегодня тот день, когда мы встретились, наш роковой танец был тридцать первого августа, в последний летний день. И я буду всегда считать его праздником. — Она посмотрела умоляюще и улыбнулась. — Матвей, ты меня поддержишь?
— Да, моя кошка.
— Я люблю тебя, Матвей. — сказала она, — Единственное, что я хочу - это сделать то, что мне не хватает. Хочу от всей души поблагодарить его сейчас, сказать ему и матери правду. Единственный раз. Чтобы этот день остался в нашей памяти, как счастливый. Я безумно счастлива с тобой!
Они сидели на веранде и смотрели, как Лиза и Макс рядом на берегу океана, как они разговаривают, смеются. Она берёт мобильный, начинает вызов, а потом передает ему.
Под бездонным черным небом.
— Хорошо, что мы здесь вместе.
— Да. Лучше здесь.
— Это касается только тебя и меня.
— Я скажу. Ты был со мной ласковый. И я тоже была виновата. Скажем и маме спасибо за наши... семейные узы.
— Лиз, ты не представляешь, как я счастлив сейчас.
— Ты не представляешь, как я счастлива с ним! Если бы не ты, я бы такого любимого никогда бы не нашла. Я благодарна тебе, Макс.
— На память у меня остался шрам под сердцем.
— Я вижу его и каждый раз вспоминаю. Может, сейчас позвоним вместе? Скажи моей маме, что мы все настоящая семья.
— Скажу ей, что в последний раз, когда я лежал в больнице, хирург по ошибке отхватил...
— Ма-акс!!!
— Так и скажу!! Пусть не надеется!... А Марьяна-Маргарита живет со мной из жалости.
— Макс! Будь нормальным с ней, не смейся...
— Лиза... Я не буду ей звонить.
— Ладно, ты прав. Не надо звонить, не буди лихо, пока оно тихо. Не говори мне больше ничего. Пора возвращаться.
— Я только хотел сказать, какая ты красивая. Родная моя, — ласково сказал он, — Милая Лиска.
— Наши дети играют друг с другом. У меня такое чувство, что Макс женится на моей Катёнке. Если будут любить, они поженятся... Матвей тоже так сказал...
К О Н Е Ц Ф И Л Ь М А
В главных ролях: Елизавета и Матвей Аксёновы, Виталий и Элеонора Вилковы, Максим и Маргарита Безумновы и, конечно, Валерий Янбаев...
В фильме так же снимались: Елена Вилкова, Матвей Аксёнов младший, Екатерина Аксёнова, Мария Вилкова, Ольга Ивановна Сафронова, Теодора Вернадская, Александр Иванович Павлов, Ксения Павлова, Полина Аксёнова, Сергей Тимофеевич и Нелли Николаевна Вилковы в эпизодах: кот Винсент, Дженни, и бородатые соседи Арсений со своим сыном... Если никого не забыла :)
C любовью, Автор💕 Наконец-то!
Если вам понравилось, поставьте, пожалуйста "нравится", а если нет - на нет и суда нет 😘! Любви и мира всем, счастья, семьи, цветов, милых сердцу людей рядом...