В четвёртом классе у нас добавился предмет - английский язык. Наш класс поделили на две группы, дав возможность нам, выбрать учителя. Одна половинка захотела учить английский, а вторая (в основном, девочки) пошли учиться к красавцу-мужчине (хм-хм...) Даниилу Андреевичу.
Наша замечательная, Зинаида Ивановна, была учительницей, у которой и дуб заговорит. Её кабинет напоминал магазин игрушек. Представившись, она больше не произнесла ни слова на русском. Она рисовала, показывала игрушки, картинки и таблицы. Но по-русски - ни-ни. Только поправляла.
Мы быстро научились читать и понимать, а потом - и говорить. Как я поняла позже, это был метод погружения.
Всё хорошо было в нашем английском. Но для меня было жутким стрессом аудирование. Даже, аудирование у нас было не как у всех
Мой мозг, от ужаса, скукоживался. Хотя, это было смешно. Я любила английский. Наше аудирование было "в прямом эфире" :-) Сначала, учительница читала текст, как передовицу "Правды" - бодро. Второй раз - как последнюю страницу "Литературной газеты" - не торопясь, делая малюсенькие паузы.
Это был ужас! Я, конечно, получала не ниже четвёрки. Но такие стрессы - явно не шли мне на пользу.
Но результат я получила. Прекрасный английский английский был подарен нашим головам :-) Иногда, моя мама - преподаватель английского, УЗНАВАЛА, в абитуриенте ученика нашей Зинаиды Ивановны! Вот, какая была "марка".
Бывало, что мы попадали на уроки к Даниилу Андреевичу. Чудо, а не английский.
Мне кажется, что уже в 5-6-7 классе, он готовил нас к предмету Начальная Военная Подготовка. Поскольку, на своих уроках, он мог вызвать мальчика к доске и проверить его на быстроту реакции. Он держал двумя пальцами стирательную резинку, а парень должен был её поймать, когда учитель отпустит её. Мог легко дать пендаль, просто за мелкую пакость. Это нас изумляло! Наша половинка таких уроков английского не понимала.
Нуууу, или... Даниил Андреевич мог сказать так: "Кто скажет правильное слово - тому поставлю пятёрку". Конечно, мне было больше всех надо. Я сердилась на такие уроки моего любимого английского, и быстро говорила ему это волшебное слово. Сердил он не только меня. Но не пропадать же пятёрке..