Бывали у нас в армии кроссы на дистанции 3 и 5 км. Но чаще всего бегали один километр по территории воинской части. А однажды в начале осени вывели чуть ли не весь полк за периметр в/ч на окраину немецкого города. Была там неширокая асфальтированная дорога, уходящая куда-то вдаль между лесистыми холмами. Транспорта на ней практически не было, бежать по ней никто не мешал. Впрочем, мы тоже никому из местных жителей не мешали. Пробежали 500 метров вперёд, разворот и назад к линии старта, она же была и финишем. Чтобы на дистанции никто не сачковал и не мухлевал, по дороге стояли офицеры из разных подразделений и внимательно следили за бегунами. Кого подбадривали, кого подгоняли.
Бежали не все сразу, а группами человек по 20-30. Как было сказано выше, дорога узкая, нам всем на ней попросту не поместиться, только мешались бы друг другу. А нам важно пробежать на время! В итоге кросс затянулся на несколько часов. Пока одни бегут, другие ждут своего старта или уже отдыхают после финиша на зелёной лужайке.
Напротив нас метрах в ста растут два дерева. Одно из них – яблоня, а второе... Что за второе дерево, понятия не имею – у нас в Сибири никогда не встречал таких. Ребята с тёплых регионов СССР подсказали – это грецкий орех. Реально, в Германии впервые в жизни увидел как растёт грецкий орех!
Видимо, тот год был неурожайный – на орехе не было ни одного ореха (тавтология, но это так!). Зато на яблоне висели жёлтые яблоки. Не так чтобы много, но и не мало. Сидим, поглядываем на яблоню, косимся на офицеров. Пока лейтенанты/капитаны отвлеклись на старт новой группы, один из пехотинцев-рядовой набрался смелости, подбежал к яблоне, сорвал несколько яблок и назад на лужайку. Сел, вместе с сослуживцами яблоки жуёт. Другим завидно, мы тоже облизываемся. Смотрим, к яблоне ещё солдаты побежали, нарвали яблок и обратно на исходную позицию. Потом ещё вылазка была и ещё. Офицеры заметили, стали на нас шикать. Нас много на лужайке: пока на одних шикают, другие бегут к яблоне; на других шикают, эти за витаминами побежали...
Яблоню сначала ободрали снизу, где можно было достать с земли. Затем полезли на ветви...
Когда кросс пробежали все военнослужащие-срочники, нас построили и шагом марш в воинскую часть! На прощание с яблоней оглянулись назад: стоит под ней пожилой немец, качает головой и тоскливо смотрит наверх. А там, на самой-самой верхушке, висит одно-единственное яблоко. Мы не смогли до него добраться и стрясти не получилось – фрукт прочно держался за ветку и отцепляться от неё никак не хотел.
На вечерней поверке наш командир подразделения нас отчитывает:
– Мне стыдно было смотреть, как солдаты советской армии набросились на немецкие яблоки! Что скажут о нас немцы?
У нас был один «дед» высокого роста из осеннего призыва (ему скоро домой уезжать). Невозмутимый как амёба в пробирке! Говоря свою речь, офицер уставился на долговязого «деда». Тот вопрос командира понял по своему:
– Мне всё равно, что немцы скажут. Я всё равно по ихнему не ферштею.
Капитан от злости поджал губы, взгляд стал колючим. После минутной паузы скомандовал:
– Разойдись!
Тема ободранной яблони в последующие времена больше не поднималась. А чего её поднимать? Яблок-то больше нет! Теперь надо ждать следующей осени, но весной я поехал на дембель.
Впрочем, яблоки ещё были в ящиках (ссылка ниже).