На канале АМС выходит телеадаптация романа Энн Райс «Интервью с вампиром», которую заочно легче всего заподозрить в конъюнктурности и потворстве БЛМ и прочим актуальным повесткам,— и все же при ближайшем рассмотрении она оказывается даже более верна литературному оригиналу, чем знаменитый фильм 1994 года с Томом Крузом и Брэдом Питтом.
В постковидном 2022 году журналист-расследователь Дэниел Моллой (Эрик Богосян) берет интервью у вампира Луи де Пон-дю-Лака (Джейкоб Андерсон, сыгравший Серого Червя в «Игре престолов»), который когда-то был бессовестным, но прошел долгий путь к «осознанности». Это их вторая встреча: первый разговор, который состоялся в 1973-м (собственно, в год, когда был написан знаменитый роман Энн Райс) в хиппующе-дурманном Сан-Франциско, вышел довольно бессвязным, и теперь Луи хочет представить отредактированную версию истории. Бывший гонзо-писака, а теперь авторитетный автор с острым глазом, Моллой все время ловит вампира на нестыковках, так что Луи тут — типичный «ненадежный рассказчик».
Со слов Луи, в 1910-х он владел несколькими борделями в Сторивиле, злачном квартале Нового Орлеана, где и встретил белокурого кровососа Лестата де Лионкура (Сэм Рид), а тот влюбился в него и укусил. На первых порах в качестве вампира Луи наслаждался статусом всемогущего существа, обладающего бессмертием, недюжинной силой и умением читать мысли людей. Хоть эти мысли и сводились, по уверению опытного Лестата, всего к трем скучным предметам — еда, секс и как быстрее вернуться с работы домой. Но в случае Луи вампирство исцелило социальную травму. На расистском Юге белые олдермены никогда не считали креола Луи ровней, имели долю прибыли от его баров и борделей, по ночам развратничали с темнокожими девицами, а днем принимали законы о сегрегации.
Из рассказа Луи, в общем-то, сходу становится понятно, кто тут настоящие кровососы — и что они за это поплатятся. Но когда Луи впервые расправился с облеченным властью белым негодяем, белые устроили погром в бедных кварталах чернокожих. Это был его первый урок: со всей этой дрянью нельзя сладить, просто всех искусав. Но во время пожара в гетто он находит свое «искупление» — спасает из огня маленькую Клодию (Бейли Басс). Луи, которому уже не суждено обзавестись семьей, относится к ней как к собственному ребенку, но тут в игру вступает его токсичный партнер Лестат. По отношению к девочке вампиры ведут себя как Родитель Один и Родитель Два, только Луи лелеет Клодию, а Лестат, как ему свойственно, учит плохому.
В сериале сразу бросаются в глаза отличия от барочного фильма 1994 года, где на темной стороне скопом побывали все тогдашние секс-символы: Брэд Питт в роли совестливого Луи, Том Круз в роли порочного Лестата и Антонио Бандерас в роли древнейшего вампира из Европы. Но в новом шоу Луи — чернокожий гей, и потому скорбит не о потере жены и дочери, а о самоубийстве набожного брата. Только обвинять шоураннера Ролина Джонса («Подпольная империя», «Перри Мейсон») в искажении замысла Райс не приходится: в романе Луи тоже был креолом и выглядел явно не как Брэд Питт, а броманс между ним и Лестатом изобиловал намеками на нечто большее. Просто время для откровенности еще не пришло — роман был опубликован в 1976-м. Но никакой умершей жены у Луи в этой книжке все же не было, ее пришлось придумать для фильма, чтобы романтизировать историю: по кому-то персонаж Питта просто обязан был сохнуть и убиваться, как настоящий мужик.
Потом наступили другие времена, и в 2008-м Алан Болл зарифмовал вампиров и оборотней с отвергаемыми обществом секс-меньшинствами в «Настоящей крови». Тему подхватили другие телешоу, и после сериала «Гримм» (2011–2017) и британского «Быть человеком» (2011–2014), где сказочные существа изображались социальными изгоями в силу своей инаковости, эта тема стала общим местом — и персонажи Энн Райс тоже смогли выйти из шкафа.
Новой версии «Интервью с вампиром» это пошло только на пользу. В фильме, для которого Райс должна была утолкать весь роман в двухчасовой сценарий, психология отношений Луи и Лестата сводилась к томной позе Луи: «Я красивый, а ты плохой». Но сериал, нацелившись на три сезона, никуда не торопится и позволяет себе погрузиться в живописные детали (как-никак, фоном тут южная готика) и в подробностях описать противоречивые отношения героев. Они замешаны на ревности и одновременно тяге друг к другу — все это «не твой, вот и бесишься» и «давай договоримся о границах между нашими гробами». Поскольку Луи и Лестату нечего больше скрывать, у их поступков появилась мотивация, а между эпизодами логические связки — вампиры в сериале выглядят не романтическими статистами, а, с позволения сказать, многомерными и полнокровными существами. Они как живые — и даже кажется, что теплые.
Подписывайтесь на канал Weekend в Telegram
Все материалы Коммерсантъ www.kommersant.ru