Наступил 1987 год, пролетели новогодние праздники, а так хочется к маме, ну просто хоть волком вой. И вот, придумав нехитрую схему с телеграммой о том, что мама заболела, я выпрашиваю у начальника (Александра) три дня и срочно вылетаю из Надыма на Ямбург вертолётом, по спискам (бесплатно).
3 января, 3 часа дня. Полярная ночь. Густые морозные сумерки. Прилетели. За бортом - 56. Актировка, машин на трассе нет. От слова совсем. Потому что солярка замерзает. А от Ямбурга до КС-ки ехать 15 километров, их пешком не пройти.
На нашу радость с ещё одним бедолагой, как и я, едет ЗИЛ в сторону мамы. Мы бросаемся наперерез. Водитель садит нас, но как-то неохотно, неразговорчивый оказался. Угрюмый что ли. Вдруг на половине дороги он неожиданно сворачивает направо и нас высаживает. Парень в одну сторону, машина в другую, а я осталась на дороге.
Из верхней одежды на мне не помню какая шапка, драповое пальто и сапоги. Какое это спасение от лютого мороза!?!
Понимая, что ситуация аховая, я начинаю плакать, а слезы замерзают на щеках. Нет, думаю, плакать нельзя.
Не знаю сколько я так на трассе простояла, но замёрзнуть сильно не успела.
Вдруг с обратной стороны мз морозного тумана тускло засветили фары, остановилась машина и какой-то парень выскочил из кабины, затолкав меня со словами: "ты что, совсем дура, в такой мороз,... как ты здесь оказалась!?! "
Я плачу, но радостно отогреваюсь в кабине и мы едем снова в Ямбург, заправляемся топливом и уж тогда возвращаемся обратно на Компрессорную станцию.
Наконец приехали, нашли бочку, в которой жила моя мама, и водитель передал меня с рук на руки. Мама заплакала от переживаний. Мы пригласили его хотя бы чай попить, но он скромно отказался. Я спросила его имя. Александр.
Так вот, спаситель мой, Александр, спасибо тебе через столько лет.
Вспоминаю этот случай из своей жизни.
Моего мужа тоже зовут Александр. Хорошее имя. Надёжное.