На этой картине художник изобразил пятерых крестьянских детей, увлечённо играющих в какую-то игру. Ребятишки устроили площадку для игры в углу какого-то двора возле хозяйственных построек.
Судя по названию картины, мальчишки играют в бабки. Сегодня эта игра почти забыта, а вот в 19 веке это была самая любимая игра крестьянских детей, наряду с лаптой.
Бабка представляла собой надкопытный сустав или фаланг пальца жвачного животного (быка, овцы, козы и т. д.)
Бабки чаще всего находили среди костей после варки холодца. Осенью дети обычно запасались бабками впрок, чтобы хватило до лета. Из самой крупной бабки делали биток или биту, которую для веса иногда заливали свинцом.
Как играли в бабки
Игроки разбивались на две команды и чертили линию кона, за которую нельзя было заступать. За 2-3 метра от линии расставляли бабки в виде забора, как раз такой забор из бабок мы и видим на картине. Но в принципе их можно было расставлять по-разному — кругом, ромбом, квадратом.
Из-за линии нужно было битой ударить по бабкам таким образом, чтобы сбить как можно больше. Сбитые бабки укладывались в кучки, у каждой команды была своя кучка.
Били по кону из разных положений — стоя, с колена, боком и т. д.
Смысл игры состоял в том, чтобы сбить бабки как можно меньшим количеством битков.
Игра на картине
На полотне мы видим, как один из мальчиков сосредоточился и приготовился бросать биту. Видно, как он прицеливается и рассчитывает траекторию удара. Двое из парнишек сосредоточенно за ним наблюдают, скорее всего они из его команды и болеют за своего друга.
Ещё двое ребят не смотрят на бросающего, один из них похоже чем-то расстроен, возможно их команда проигрывает.
Интересно, что у всех мальчиков одинаковые причёски, похожие на отросший «горшок». Раньше всех мальчиков в деревнях стригли под горшок, так как это было проще и быстрее всего. Да и парикмахеров в деревнях не было, поэтому выходили из положения как могли.
Художник очень тщательно прописал героев и их эмоции в игре, наделив каждого из ребят своим характером.
Картина «Игра в бабки» стала первой картиной Владимира Маковского, которую купил П. М. Третьяков для своей известной галереи, где она хранится и по сей день.