Друзья и коллеги, мы все - учителя! Учим ли мы детей в классах, своих собственных или самих себя. Согласны? Тогда - вперед!
ВВЕДЕНИЕ
Дорогие коллеги! Прежде всего, я хочу ответить на вопрос, зачем была написана эта книга.
Наверно, я бы не дерзнул взяться за такую важную тему, если бы не почувствовал, что среди многообразных процессов в духовной сфере нашей страны настало время нам, учителям, более ясно и определенно заявить о своей позиции и занять свое определенное и ни кем не заменимое место в борьбе за духовное возрождение России…
Написал и отложил ручку…. Не хотелось бы и дальше загромождать страницы такими неуклюжими, канцелярски-бесконечными фразами. Поэтому сразу прошу у вас прощение за «невыработанность стиля». Я до сих пор не могу решить окончательно, к кому же я все-таки обращаюсь – к вам, учителям, как к методистам, работающим с детьми и нуждающимся в «структурировании материала», или к вам, как к людям, формирующим, порой в мучительных поисках, свой духовный мир и свои ценности, людям, для которых мой опыт в этой области может оказаться небесполезен?
Наверно, эту двойственность адресата преодолеть не удастся, может, даже и к лучшему. Ведь в реальной жизни это неразделимо, просто второе определяет первое. Давайте тогда так и условимся: в какие-то моменты (скорее всего, большей частью) я буду обращаться к вам, как к людям, делающим осознанный выбор тех или иных ценностей, а порой мы будем говорить о том, как наиболее адекватно транслировать эти ценности детям. Это особенно важно, когда в школьный курс введен предмет «Основы религиозных культур и светской этики».
И в этой связи вопрос - почему христианство?
Россия сейчас находится на перепутье. По образному выражению Л.Толстого, в ней «все смешалось». Но, наряду с культом потребления и наживы, волнами оккультизма и магии, в ней крепнут традиционные религии, которые начинают играть все более решающую роль в духовной сфере. Процесс этот имеет устойчивый вектор роста, и все более настойчиво требует от нас, учителей, самоопределения. Иначе мы можем оказаться на задворках общественного воспитания, потеряем свою педагогическую позицию и можем окончательно утратить свой авторитет и без того основательно подорванный долгими годами «педагогического безвременья».
Поскольку я христианин, я буду, прежде всего, писать о христианстве и осмысливать его роль в деле духовного воспитания детей. Так что мои размышления, верю, будут вам, коллеги, полезными в том числе и в методическом плане при преподавании блоков «Основы православной культуры» или «Основы мировых религиозных культур». Хотя, было бы интересно прочитать книгу под названием, скажем, «Мусульманство для учителя». Может, кто-то из мусульман-учителей со временем напишет и такую? Но и мы, конечно, не пройдем мимо других религий и вероисповеданий.
И еще немного о стилистике. Вас не коробит название – «Христианство для учителя»? Можно ли говорить о христианстве для кого-то? Не выйдет ли в результате девальвация христианских ценностей из-за раздробления их по профессиональным признакам? Почему бы тогда не говорить о «христианстве для врача» или «христианстве для военного»? Не ересь ли (в изначальном смысле этого слова, как «разделение») все это?
Возможно, в этих словах есть доля истины, но все-таки только доля. Я попытаюсь показать, что область «педагогического христианства» имеет свою собственную специфику, и учитель-христианин может и должен отличаться от «простого» христианина, хотя бы в тот момент, когда он обращается к детям разных вероисповеданий, сидящим у него в классе.
Насколько это получилось – судить вам, коллеги.
В этой связи еще несколько слов по поводу адресата.
Я отдаю себе отчет в том, насколько сложно и разнообразно учительское самоопределение в духовной сфере. Настолько разнообразно, что сам «адресат» грозит бесследно раствориться в море этого разнообразия. Очень бы не хотелось, если учитель-атеист, посмотрев на название этой книги и перелистнув несколько страниц, отложит ее со словами: «Это опять о вере! Сколько можно?» Учитель-мусульманин сделает то же, но с иной мыслью: «Опять о христианстве? Как будто в России только христианство!..» Учитель-протестант подумает: «Небось, опять о православии?..» Учитель-православный: «А почему не «Православие для учителя»?..»
А ведь может так получиться. В самом деле, разве в этих и многих других формах духовного самоопределения учителя можно найти что-нибудь общее? Трудно?.. Невозможно?..
Но давайте, коллеги, оттолкнемся от другого берега. У нас у всех есть то, что нас объединяет – наши профессиональные цели, наша профессиональная этика и вытекающая отсюда наша «профессиональная духовность», как это ни странно звучит. Как врачей независимо от их вероисповедания объединяет клятва Гиппократа в борьбе за жизни и здоровье пациентов, так и нас, учителей должна объединять борьба за духовную жизнь и духовное здоровье наших воспитанников под основополагающим педагогическим принципом: «Не навреди!».
Пусть это и послужит нам объединяющей платформой, нашей общей педагогической позицией. Тогда и учитель-атеист, и мусульманин, и буддист, и православный, и баптист и… (всех перечислить невозможно), ставя на первое место духовное здоровье ребенка, может получить пользу в поверке своих духовных ценностей и соотнесении их с опытом воспитания в других конфессиях. Тем более что жизнь не стоит на месте, и успешное функционирование любой сферы жизни, в том числе и общественного воспитания, невозможно без творческого взаимообогащения на базе здорового сотрудничества.
Не знаю, насколько я был убедителен, коллеги, на все-таки надеюсь, что желание читать дальше эту книгу у вас не пропало.
А теперь обратимся к главному предмету нашего исследования – христианству как ретранслятору духовных ценностей, свободно избираемых (или отвергаемых по тем или иным причинам) учителем, который передает их детям; как ни крути, все-таки – «Христианству для учителя».
(продолжение следует... здесь)