Абсурдно, но факт, - не только положительные герои всегда пользовались популярностью в народе, злой гений порой мог снискать рукоплескания и не меньшую симпатию у населения.
Почему нам нравятся злые гении?
Стоит вспомнить лишь, как в зале суда, где проходило слушание по делу Соньки Золотой Ручки, то там, то здесь раздавались крики «Соня, браво!» Или женские глаза, полные слез, во время ареста мошенника «графа» Калиостро, посулившего им вечную молодость. А уж Джакомо Казанова, умеющий подбирать ключи к любому женскому сердцу, уже имея длиннющий шлейф дурной славы, даже тогда продолжал вызывать у женщин чувство сострадания.
Вполне вероятно, дело тут в особой харизме, энергетике, в великолепии дерзости и эффектности, с которой они проворачивали свои аферы. Возможно, все дело в определенном психологическом состоянии: человек, попадая в «расставленную» ловушку, оказывается в эпицентре грандиозного «шоу» и воспринимает себя не в качестве жертвы, а в качестве участника блестящей, незаурядной, пусть и нечистоплотной, игры.
Гадать можно долго, и тем не менее блестящие аферы проворачивались во все века повсеместно, и немалая их доля выпадает на Россию. Масштаб «предприятия» значения не имеет, а вот его имидж, «задумка сценариста» и особый шик – другое дело.
Невские земли также славились своими разнокалиберными злыми гениями. Вспомнился один случай, о котором писали все питерские газеты начала XX столетия.
Вечно спешащий покупатель
В Центрально-городском районе Санкт-Петербурга объявился странный покупатель. Надо отдать должное - довольно представительского вида, одетый с иголочки. Появлялся он в разных местах преимущественно одного и того же района и имел свой особый «почерк» покупок. Он всегда спешил – то на свадьбу, то на именины, то к теще на блины, а потому регулярно «забывал» деньги дома (переодеваясь в праздничное, оставлял его в кармане повседневного платья). И каждый раз пребывал в разных ипостасях: то был директором почтового отделения, то владельцем ресторации, располагавшейся «как раз за углом», то «зубным лекарем», то служащим из банка «прямо напротив магазина».
Набрав товара и попеняв на свою забывчивость, он предлагал подойти завтра же (скажем, на почту, в ресторан или в банк – в зависимости от того, кем представлялся) и забрать причитающуюся сумму. А поскольку, как уже говорилось, вид у него был вполне презентабельный, да и сумма покупок выходила не особо крупной, то ему, как правило, шли навстречу и продавали в кредит.
Такой же трюк он провернул и в модном магазине «Вейса» на Невском, где в абсолютной спешке «приобрел» пару прекрасных, дорогих штиблет на «важное торжественное мероприятие». Его не смутило даже, что они были на размер меньше. На все увещевания продавца подойти за нужным размером завтра он ответил категоричным отказом.
Главное - психология
В центре Петербурга не осталось ни одного магазина, который бы странный покупатель обошел своим вниманием. На головы несчастных начальников и рядовых служащих разных ведомств столицы, чьи фамилии слетали с уст афериста, перманентным потоком сыпались счета, счета, счета, коим не было конца.
У преступника, как и у сапера, нет права на ошибку. И в том, и в другом случае платой за нее будет жизнь (с той лишь разницей, что у одного – физическая, у другого – свободная). Наш жулик, увы, сам себя выдал, повторно заглянув в магазинчик, в который он прежде уже наведывался. Тут уж продавец не упустил возможность поквитаться – тут же вызвал полицейских.
В участке вскрылся весьма любопытный факт. Оказалось, что перед дознавателем сидит не банальный воришка, а психолог-исследователь, опубликовавший не один труд по психологии мошенничества. Теперь же, таким своеобразным образом грабя магазины, он собирал доказательную базу для своих гипотез, изложенных в новом научном труде, на сей раз посвященном уже жертве обмана.
Египетская сила бога познания Сиа, увы, не имела власти над умами полицейских, а посему ученого ожидала весьма незавидная участь. Хотя, надо отметить, что свою долю популярности он все же успел урвать. Более того, на судебном заседании практически вся женская половина пострадавших просила о помиловании – такое благоприятное впечатление произвел на них профессор-жулик. К тому же, появились и «почитатели его таланта» - в большинстве своем из тех, кто искал легкого способа наживы – они-то и продолжили дело «учителя» в том же духе. «Дурные последствия преступлений живут дольше самих преступлений» (Вальтер Скотт). Что правда, то правда!
Подпишитесь на канал, мы обязательно вас удивим новыми статьями!