Викторианская эпоха породила много странных бьюти-трендов. Чего только стоила «туберкулезная красота» — реальные попытки женщин походить на больных туберкулезом (чахоткой). Они отбеливали кожу косметикой со свинцом, изнуряли себя диетами и носили очень тесные корсеты, чтобы при жизни выглядеть так, будто стоят одной ногой в могиле. Почему?
Туберкулез считался болезнью аристократов, а народ всегда копировал знать, так что опасные бьюти-практики были очень распространены. А вот другая модная тенденция — пирсинг сосков — в народе не прижилась.
Как вообще так вышло, что в конце XIX века в Великобритании началась мода на пирсинг сосков? Автор книги «Библия пирсинга» пирсер Элейн Энджел считает, что виноваты мореплаватели. Они бывали в Юго-Восточной Азии, где у местных племен был в ходу пирсинг сосков и гениталий, привезли эту практику домой и так задали тренд.
В своей книге «Анатомия и судьба» историк Стефан Керн рассказывает, что обычно соски прокалывали женщины и скрепляли кольца цепочкой. Украшения скрывали под корсетами. Цель пирсинга была чисто утилитарная.
Пирсинг с цепочками поддерживал форму груди.
В 1890-е годы анонимная светская львица писала в Vogue, что у женщин с проколотыми сосками грудь «была несомненно круглее». Глядя на остальных, она тоже решилась на пирсинг: «Это не провоцирует никакого дискомфорта или боли. Напротив, легкое трение и скольжение колец вызывают у меня чрезвычайно возбуждающее чувство».
Взлет и падение пирсинга сосков
Мода на проколы быстро распространилась по всей Европе. На пике популярности украшения для пирсинга — золотые цепи и кольца — продавались в дорогих ювелирных магазинах Парижа. Тенденция добралась даже до США, откуда за пирсингом сосков в европейские страны приезжали молодые светские львицы.
Естественно, чопорное викторианское общество было не в восторге от тенденции. Историк Стефан Керн считает, что проколы в 1890-е называли проявлением «нездоровой чувственности» и говорили, что они мешают одной из ключевых женских функций — грудному вскармливанию.
В итоге пуританскому обществу все-таки удалось объявить проколы сосков вульгарными и опасными для здоровья. Мода на такой пирсинг закончилась в 1900-е. И вернулась только спустя почти 70 лет.
Интимный пирсинг принца Альберта
Вместе с пирсингом груди в викторианскую эпоху был популярен еще один вид пирсинга — прокол полового члена от уздечки к уретре, на пирсерском сленге он называется «принц Альберт». Как принято считать, название отсылает к саксонскому принцу-консорту Альберту Саксен-Кобург-Готскому.
Он был мужем королевы Виктории и довольно прогрессивным политиком для викторианской эпохи. Выступал против детского труда и за доступность образования, подготовил лондонскую Всемирную выставку 1851 года, которая подтолкнула промышленную революцию.
Неизвестно, распространялась ли прогрессивность на интимную жизнь Альберта, но факт остается фактом: именно с его именем связывают популярный вариант прокола. Легенда гласит, что из-за большого размера пениса принцу было неудобно носить обтягивающие, идеально сидящие по фигуре брюки, которые в XIX веке ввел в моду известный денди Джордж Браммелл.
Принц решил сделать интимный пирсинг, чтобы с помощью кольца крепить пенис к штанам изнутри, а с его подачи проколы начали делать и другие аристократы. Но мы что-то сомневаемся.
Кто подставил принца Альберта
За мифом про «принца Альберта» стоит эксцентричный американский бизнесмен Ричард Саймонтон, известный под псевдонимом Дуг Мэллой. В 1970-е годы он продвигал в массы бодимодификации и даже профинансировал открытие компании Gauntlet — пионера в производстве пирсинга. Ричард много сделал для развития бодмод-индустрии, а еще сочинил с десяток мифов о происхождении пирсинга.
Истории Саймонтона в 1977 году были опубликованы в его брошюре «Краткая история пирсинга тела и гениталий». Там можно найти легенду про интимный прокол принца Альберта, а еще историю про египетских фараонов и их пирсинг пупков. Однажды Ричарду просто приснилось, что древнеегипетские правители прокалывали пупки в знак своей власти, и он решил написать об этом в брошюре.
Однако сны и фантазии Саймонтона многие приняли за чистую монету, а в историческом сообществе долго велись дискуссии про «принца Альберта». Некоторые исследователи уверяли, что муж королевы Виктории был «величайшим скромником из всех существовавших» и даже подумать не мог про такой прокол.