На войне как минимум противника нельзя недооценивать – целее будешь. Когда кажется, что врага можно закидать шапками, то это расслабляет. А тот, кто расслабился, недоглядел, недооценил и так далее, – тот проигрывает.
Некоторых врагов нужно еще и уважать.
Красная армия наносила гитлеровцам такие поражения, что не уважать бойцов РККА нельзя было. В этой статье расскажу несколько историй о наших героях, которых даже немцы провожали в последний путь с почестями. А некоторым и памятники устанавливали. Это о многом говорит.
Григорий Кожевников
Этот казак из Ставропольского края отличился далеко от родной земли – в Брестской области. Бойцы Белорусского фронта отчаянно сопротивлялись противнику, который красноармейцев превосходил числом. В какой-то момент поступил приказ отступать.
Кожевников решил прикрыть товарищей. Он остался неподалеку от позиций, с которых уходили наши бойцы.
Казак выбрал в качестве огневой позиции большой дуб с огромным дуплом. Григорий забрался туда с пулеметом и вел огонь по немцам.
Гитлеровцы боялись подойти к дубу, предполагая, что рядом находится целое подразделение бойцов Красной армии. Однако Кожевников был всего один.
Три часа казак держал гитлеровцев на почтительном расстоянии. В Кожевникова все же потом попали, отправили в мир иной. Однако немцы очень удивились, что один человек не давал им продвигаться вперед.
Григорий Кожевников был похоронен гитлеровцами с воинскими почестями. По некоторым данным, он уничтожил более ста солдат Вермахта.
Умат-Гирей Барханоев
О нем вспоминал нацистский офицер Станкас Антанас. Дело было в Бресте. Крепость держалась долго. Но немцы все же смогли её взять. Уже тогда гитлеровцы были в легком шоке, возникшем вместе с осознанием того, что русские не будут просто так сдавать города.
Когда немцы праздновали победу, откуда-то возник старший лейтенант Барханоев. Он ничего не видел из-за ранения. Умат-Гирей двигался вдоль плаца с вытянутой вперед левой рукой. Правая лежала на пистолете.
Когда старший лейтенант понял, что вокруг находятся только немцы, он выстрелил в себя.
Сам нацистский генерал отдал тогда честь Барханоеву. И все гитлеровские офицеры последовали его примеру.
Леонид Петровский
Этот советский генерал пал смертью храбрых 17 августа 1941 года, сражаясь с немцами в Гомельской области.
Командующий 63-м стрелковым корпусом 21-й армии Леонид Григорьевич Петровский лично вел своих солдат в бой – показывал пример.
Бойцы 63-го корпуса сломили вражеское сопротивление. Боевую задачу можно было считать выполненной. Однако Петровский повел солдат на помощь 154-й дивизии, которая была окружена немцами.
В бою Леонид Григорьевич был ранен. К сожалению, спасти его не представлялось возможным.
Хоронили военачальника немцы со всеми почестями. Они поставили на его могиле крест и написали: «Генерал-лейтенант Петровский, командир черного корпуса».
Там, нужно понимать, отличился не только Леонид Григорьевич, светлая ему память. Весь корпус был большой проблемой для немцев. Не зря же они прозвали его «черным».
Защитники Харькова
Советское командование в 1941 году посчитало нецелесообразным оборонять город. Однако три артиллерийских расчета остались на своих позициях. Уж как им это удалось – история умалчивает. Но эти бойцы РККА решили испортить немцам праздник. Они задумали нанести врагу серьезный урон. Хоти и понятно было, что три расчета – это ерунда, капля в море. Три расчета можно уничтожить минимальными силами.
Однако бойцы Красной армии стояли до последнего. Они уничтожили около 30 вражеских танков, по десятке на расчет – очень даже неплохо.
У немцев была информация, что Красная армия отойдет от Харькова без боя. И тут – сюрприз. Гитлеровцы уж было подумали, что придется повоевать за крупный советский город, что там еще много солдат, техники. Но нет. У того Харькова было лишь несколько защитников.
Немцы подвиг артиллеристов оценили. Им даже поставили самый настоящий памятник. На нем высекли имена бойцов.
Когда Харьков вернулся во владение советских властей, то памятник куда-то исчез.
Но это всё можно легко объяснить. Ведь бойцы ослушались приказа, решили заняться самодеятельностью. За что и, собственно, отдали свои жизни.
Поэтому советская власть пришла к выводу, что памятник оставлять нельзя.