Война идет? Не будем лукавить.
Где? Везде.
За что? За жизнь. За наши российские вековые традиции. За грОбы отцов и дедов, которые в нашей земле.
За мозги. За нормальные мысли. За отношение к жизни, где есть место и слезам и радости.
За маму и папу против родителей №1 и №2. Вероятно, скоро будете и следующие номера — свобода же, всё можно.
За хорошие игрушки, которые учат думать.
За книжки и стихи, в которых мы учились переживать за зайку, которого бросила хозяйка. За память о тряпочной игрушке, сшитой в лихолетье натруженными руками наших бабушек и прабабушек.
Ту игрушку изголодавшиеся дети войны спасали от лютого врага в то время. когда отцы их западных ровесниц жгли наши деревни, давили танками, сделанными тоже их отцами в Германии и Чехии, баб с детьми на руках.
Моя тетка, которой было 6 лет, когда началась война, вспоминает:
– На всю жизнь осталась память о том голоде. Была одна мечта: наесться досыта. И это до сих пор. Больше всего боюсь голода…
Даже сейчас, имея хорошую пенсию, тайком от всех наливает иногда в тарелку теплую воду, крошит туда хлеб и ест. Вспоминая о лихолетье войны…
Это она, тоненькая, почти прозрачная девчушка, прижимала к себе и согревала едва теплившейся жизнью тряпочную куколку. Защищая её от войны. И не забывала покормить игрушечной невидимой едой.
Значит, она отдавала этой любимой игрушке всю свою детскую чистую душу. Она не спрашивала, почему и кто принес этот сущий ад. Она просто спасала жизнь этой тряпочной куколке.
Фронт был везде. И эта девчушка занимала на этом фронте свой участок. И там враг не прошел. И куколка выжила!...
ФРОНТ БЫЛ ВЕЗДЕ! И КАЖДЫЙ БЫЛ НА ФРОНТЕ! ПОТОМУ И ПОБЕДИЛИ!
И та девчушка, спасая свою тряпочную куклу, согрела и накормила её. Спасла ей жизнь. И этой девчушке я был дал самую высшую награду, какая есть в Отечестве!
Потому и победили, что у нас все. Все! Были на фронте. И защищали свой участок фронта!
Если даже дети в этой стране спасли своих тряпочных куколок, то эту страну не победить!
А ты сейчас где? Что защищаешь?