В такой же, как сегодня день, 30 октября 1941 года, Севастополь начал писать самую знаменитую страницу совей истории. Началась оборона города, которую позже историки станут называть Второй героической.
Ни в русском, ни в другом языке мира не найдется слова, чтобы определить степень мужества советских солдат, ставших на пути хваленого вермахта, защищая наш город. Ближе всего подходит прилагательное «беспримерное», но и оно в полной мере не отражает того, что испытали защитники города, находясь 11 месяцев в адском огне.
Считается, что Гитлеру удалось взять город. Но это ошибка, ему достался не город, а обугленные, залитые кровью защитников камни. Только когда город погиб, фашисты смогли войти в него.
Об обороне Севастополя написано очень много. Я приведу всего две цитаты, сказанные нашими злейшими врагами, германскими генералами. Эти слова, сказанные устами врагов, несмотря на свойственную военным лаконичность, заменят, целый рассказ об этой огненно – героической эпопее
"Я склоняю свою седую голову перед мужеством русского солдата, моего злейшего врага, перед мужеством русского матроса – этого полосатого дьявола. Непреодолимой стеной на нашем пути к Севастополю вставали даже мертвые севастопольские матросы, если бы можно было объединить немецкую технику и мужество русских, мы бы покорили мир за два месяца, мы бы покорили саму смерть".
Фельдмаршал Эрих фон Манштейн. Утерянные победы. Перевод с немецкого. Военное издательство министерства обороны Союза ССР. М., 1957.
"Я получил приказ защищать каждую пядь Севастопольского плацдарма. Его значение вы понимаете. Ни одно имя в России не произносится с большим благоговением, чем Севастополь…"
Генерал-полковник Карл Альмендингер, 3омандующий 17-й немецкой армией, приказ войскам 3 мая 1944 года.
В феврале 1945 года, после окончания Ялтинской конференции, президент США Ф. Рузвельт, вместе с членами английской делегации посетил Севастополь.
При расставании с городом президент США, обращаясь к многочисленным советским и иностранным корреспондентам, заявил:
"О господа! Если бы я мог ходить, то тогда бы дошел до святых мест России – Ленинграда, Сталинграда, Севастополя, стал бы на колени и поцеловал эту святую землю..."
Оборона длилась 250 дней. О её окончании сказал поэт:
…Те камни, где ступал Нахимов,
Нам стали дороги вдвойне,
Когда мы, нашей кровью вымыв,
Вернули их родной стране… (Лебедев-Кумач)