Холодная зима 1921 года. В одном из парижских ресторанов русская эмигрантка Вера Судейкина встретилась со своей судьбой — лысой, с большими ушами и огромным носом, истеричным характером и скрюченной фигурой, похожей на крошечного кузнечика. Судьбу зовут Игорь Стравинский. Ему — 38, ей — 32.
Бездонные глаза-блюдца, греческий профиль, роскошные плечи, пышная грудь и модельный рост. Эмансипированная богиня прошлого века, знающая себе цену. Она играла у Таирова, снималась у Протазанова, танцевала у Дягилева, писала картины, была музой художников и поэтов Серебряного века — времени, когда революция чувств распахнула альковы навстречу свободе и открыла доступ всем желающим обоего пола. Любовные треугольники превратились в разноцветные многоугольники, и бомбическая Верочка из Петербурга была в центре событий. Феерический шорт-лист её романов биографы деликатно называют «многочисленным». Только из официальных мужей: некий Люри, актёр Шиллинг, художник Судейкин, но мир запомнил её как жену великого композитора Игоря Стравинского.
В огромной нью-йоркской квартире каждое утро она составляла мужу список неотложных дел, а он неизменно сверху вписывал: «Сначала ты меня поцелуешь!» Прошедшая огонь и воду, войну и революцию, страны и континенты, она закрывала собой все жизненные щели: была его секретаршей, менеджером, переводчицей (блестяще знала три языка), психотерапевтом и достойным эскортом, стилистом и прекрасным собеседником (в Берлинском университете изучала философию и естественные науки).
Они объездят весь мир, и Вера неотлучно будет рядом с мужем. Когда Стравинский заболеет, обеспечит ему первоклассный уход. Он еще улыбается, а она уже договорилась о погребении не во Франции и не в Америке, где они жили, а в Венеции, не спросив ни его самого, ни его детей. Она уже нашла покупателя на бесценный архив композитора, чтобы ни цента не досталось наследникам.
Практичная, сильная и несгибаемая. На десятом десятке будет лихо опрокидывать рюмочку водки и затягиваться сигаретой, вспоминая, как отметила со Стравинским жемчужную свадьбу — 30 лет. А до этого прожила с ним вне брака еще 20, хотя знала, что её избранник никогда не оставит больную туберкулезом жену. Испробовав всё в этой жизни, она в конце концов нашла своё предназначение — быть Музой художнику. А это, знаете ли, больше, чем просто любовь…