Билеты на легендарный новогодний балет продают вторые выходные подряд. Сначала надо записаться в список, затем получить номерной браслет и уже с ним наутро идти в кассу театра. В эти выходные билеты продают на самые популярные даты — 30 и 31 декабря.
Обозреватель Business FM Александра Сидорова отстояла очередь:
Я пришла к кассам в пятницу в 7:40 утра. Там сидела девушка со списком, так называемой тетрадью, меня записали под 159-м номером. Параллельно начали запись в другой список, на 31 декабря. К вечеру я вернулась на перекличку, за которой следует раздача браслетов. На месте выяснилось, что списков было два. Первый завели вечером в четверг некие мужчины, которые, по рассказам, были похожи на перекупщиков. В ночь с четверга на пятницу между ними и приехавшими инициативными женщинами разгорелся конфликт. Часть списков порвали и стали вести заново. В итоге была путаница с номерами у тех, кто изначально приезжал в четверг. Среди собравшихся были и те, кто достаточно далек от театра, и те, кто хотел сделать подарок близким. По рассказам в очереди, кто-то занимал место для кого-то постороннего. Например, некто покупал услуги такого человека за 30 тысяч, человек брал билет за 15 тысяч, а еще 15 забирал себе. Я таких лично не видела. Либо они себя не выдавали. Но были и те, для кого «Щелкунчик» под Новый год — традиция. Например, 67-летняя москвичка Татьяна:
— У меня мама была врач спортивно-балетной травмы здесь. Папа дружил с бывшим директором Большого театра. Я выросла в 13-й ложе бельэтажа. Выросла и билеты стала покупать. Раньше ночи стояли, только раньше не было браслетов, и очередь была шариковой ручкой на руке.
— А вот эта система с паспортами, на ваш взгляд, она что-то изменила?
— Да, она порядок навела.
— А теперь когда приходите?
— Обычно за полтора дня. Сегодня я 120-я, вчера я была 28-я, они там схимичили. Но я не буду с ними связываться, потому что это мужики, я с мужиками драться не могу, я с палкой.
К 10 вечера люди стали пытаться выстраиваться в шеренги по номерам. Всего должны были выдать 400 браслетов. Устроили перекличку, были те, кто найти себя в списках не смог, инициативная группа помогала кому-то из таких людей найти себя в тетрадях. В полночь стали раздавать браслеты. «Мне с моим 159-м номером в тетради в итоге достался 129-й браслет. Передо мной не пришли 30 человек. Тем, кто стоял за мной, повезло меньше», — рассказывает москвич Давид, он получил 198-й браслет:
«Все начали очень толкаться, там начала очередь, как на корабле, — в одну сторону и в другую, туда-сюда. Женщина, мы стояли с ней в очереди, хотел с ней поменяться номерками, но еще не знал, что она немножко не в себе. Я стою, она подходит и говорит: «Молодой человек, а вы что тут делаете? У вас же на 31 декабря». Я ей говорю, что у меня на 30-е и на 31-е запись. Она говорит: «Все, вы перекупщик». Позвала охрану, решила разбираться. Потом я еле прошел, она меня схватила, не хотела пускать. Из очереди она за мной выбежала, хотела сорвать браслет. Был ужас. Там и полиция уже кричала, что сейчас мы все это прикроем. Мужчины очень объемные, скажем, начинали вставать в позу и говорить: «Никуда вы не пойдете, я тут стою».
Утром в субботу к моменту открытия касс ситуация была спокойнее. Охрана театра пускала людей четко по браслетам. Очередь двигалась не очень быстро, хотя работали пять касс. Были случаи, когда кто-то пытался пробраться с поддельным браслетом. Но благодаря тому, что на браслете есть еще дополнительный длинный код, таких людей проверяли и в итоге разворачивали. По рассказам, билетов по 15 тысяч в партере было не очень много. Видимо, многие забронированы под партнеров театра. Плюс некоторые люди брали по три-четыре билета: на себя, второго взрослого и на детей. При наличии документов делать это не запрещается. Я простояла в очереди около четырех часов. Когда попала в кассу, там еще оставались хорошие места в ложах второго и третьего ярусов по цене от 5,3 тысячи до 7,5 тысячи. С соседями по очереди мы договорились встретиться 30 декабря в буфете Большого.