Рядышком с нашим домом – известный престижный вуз, возле которого постоянно кучкуются студенты. Да иной раз столько их, что весь тротуар заполоняют.
И вот сегодня, пробираясь сквозь них, мечтательно подумал: вот бы и мне, сбросив свои десятилетия, влиться в какую-то кампашку и тоже весело что-то рассказывать, кого-то пародировать, как любил это делать в глупой молодости…
И, приостановившись, начал сугубо гипотетически подбирать себе наиболее подходящих собеседников, а точнее симпатичных собеседниц. С ними мне как-то приятнее иметь дело...
Но тут вспомнил свои студенческие годы, двор у факультета журналистики на Моховой, где между занятиями в теплое время также расслаблялись и болтали без умолку студенты.
И вот как-то весной, когда особенно будоражится плоть, заметил, что сюда к нам во двор то и дело наведывается некий седовласый приличного вида гражданин в очочках и с солидным портфелем. Он вставал на видном месте и, словно дозорный, пытливо всматривался студенткам ниже пояса, в их обнаженные ляжки, а свободная рука его при этом, что было нетрудно угадать, активно шуровала в кармане брюк… Этим своим наблюдением я, понятно, поделился с друзьями, и мы своим хохотом и насмешливыми взглядами спугнули его.
«Еще не хватало, чтобы обо мне что-то такое подумали!», – испугался я. И тут же опустив глаза к долу, а главное, вытянув в сторону подальше от карманов руки, быстро пошел прочь.
Нет, в моем возрасте к молодым девушкам (да и, на всякий случай, к парням) без особой надобности лучше не приближаться. Нравы у нас нынче строгие, скрепные. Вполне могут превратно истолковать твои чистые помыслы. Осмеют, опозорят, также как я тогда того уважаемого, наверняка, человека, а то и в полицию заявят. Иди потом доказывай, что ты только духовно хотел полюбоваться на молодежь, перенестись хоть на минуту в эту милую пору, а насчет всяких таких глупостей ниже пояса – ни-ни, как можно!..
Ох, уж эта наша плоть! Срам один.