— Да она всё равно ничего не возьмёт! Очередь стоит! Быстрее надо работать! — возмущалась женщина, лет тридцати, стоя в очереди в магазине косметики.
Варвара Сергеевна приподняла левую бровь и, приветливо улыбнувшись, смутившейся от хамства женщины, продавщице, произнесла:
— Я беру эту маску! А что ещё у вас есть по акции?
Тётка аж зубами скрипнула и покрылась пятнами от злости:
— Позовите второго кассира! И не такую, как эта улитка! Безобразие, люди в очереди полчаса томятся!
Наконец девушка продавец обслужила Варвару Сергеевну и занялась следующим покупателем. До той злой дамы оставалось ещё двое…
Варвара Сергеевна недавно отметила семидесятилетний юбилей и среди прочих подарков ей на работе вручили сертификат магазина косметики на некоторую сумму. Коллеги знали, что пожилая женщина очень любит ухаживать за лицом и регулярно наносить макияж. Никто никогда за долгое время её работы в отделе не видел, чтобы Варвара Сергеевна была не накрашена. Всегда маникюр, макияж, причёска. А ещё добрый нрав и неиссякаемое жизнелюбие. Хотя жизнь у неё была «не сахар», всякое бывало. Но «всё в прошлом», — машет рукой женщина и тепло улыбается. И ищет, кому помочь. Она очень отзывчивый человек…
Сегодня она провела в магазине, наверное, полчаса, пока выбирала себе косметику. И крем, и маски для лица. А потом на кассе образовалась очередь. Девушка кассир, судя по всему, была новенькая. Она немного неуверенно держалась, смущалась и работала медленно. Однако, как ей было велено начальством, предложила Варваре Сергеевне товар по акции — тканевую маску. И в тот момент тётка из очереди прямо взбесилась. Да, Варвара Сергеевна была одета не в шикарную шубу, но в добротную куртку. Шапка вязанная, сапоги — удобные, но немного поношенные. Однако упрёк этой дамы звучал так, что она прямо нищенка какая-то, да и старуха при том. И потому «ничего не купит», нечего ей и предлагать. Варваре Сергеевне стало немного обидно. Она взглянула на неё и подумала: «Несчастная женщина. Ничего у неё в жизни нет, небось. Вот и злится на всех подряд» Однако её следовало проучить и поддержать молоденькую девушку-продавца. Вот потому Варвара Сергеевна и купила ещё много чего, искоса наблюдая, как тётка исходит злобой. А девушка продавец благодарно улыбнулась и опять смутилась, пробивая чек.
Потом пожилая женщина походила ещё по торговому центру. Зашла в магазин товаров для животных, купила корм своему попугаю, а потом уже вышла. Прямо около крыльца торгового центра на обледеневшем тротуаре, выложенным фигурной плиткой, сидела та злая дама из магазина косметики. Она сломала ногу. Это было видно сразу, потому что та была как-то неестественно вывернута. Женщина была бледная от боли и от холода. Кто-то из прохожих заботливо подложил ей под руку картонку, чтобы она на неё опиралась, ведь вставать до приезда врачей ей было нельзя. Скорая как раз подъезжала. Врачи вышли из машины, достали носилки и направились к женщине. Она подняла глаза на Варвару Сергеевну, шедшую мимо, и громко сказала:
— Старая карга! Чтоб тебе пусто было! Это ты меня сглазила! Порчу навела! Вот я и упала на ровном месте! Уууу! — погрозила она кулаком.
Все, кто стоял рядом с ней или шёл мимо по дорожке, обернулись на Варвару Сергеевну. Но та просто шла дальше, не оглядываясь. Смысла не было объяснять этой злюке, да и кому бы это ни было, кто здесь карга. Ведь она всё равно ничего не поняла, даже когда упала. Она опять сидит и винит кого угодно, но только не себя. Ведь на самом деле упала-то она от собственной злости, которая просто переполняла её, вот жизнь и расставила всё по местам.
А Варваре Сергеевне было жалко беднягу. Весь вечер потом о ней вспоминала. И кошку-то жалко, а тут человек. Хоть и злой такой…
Жанна Шинелева