Инфляция в Белоруссии по итогам сентября составила 17,4 процента. Это немного хуже, чем в России, которая быстрее восстанавливается после мартовского ценового шока, но заметно хуже, чем в соседней Прибалтике, где она ежемесячно обновляет исторические рекорды и еще в августе была на уровне 22-25 процентов.
Однако, в отличие от России, которая решает свои экономические проблемы традиционными методами, Лукашенко подошел к вопросу радикально. С 6 октября он попросту запретил повышать цены и закрывать магазины, а за нарушение президентского запрета уже начали сажать.
Белорусский президент воюет с ценами все 28 лет своего правления. Еще во время предвыборной кампании он сделал одним из главных своих обещаний остановку роста цен. Получилось не очень – за время его президентства белорусский рубль пережил три деноминации, потеряв, в общей сложности, восемь нулей и оказался самой девальвированной валютой на постсоветском пространстве.
Административные методы для борьбы с инфляцией Лукашенко применять не впервой. Поначалу они приводили к дефициту товаров (и тогда Александр Григорьевич обещал каждому белорусу к новогоднему столу «нормальные человеческие яйца») или дефициту наличной валюты (и тогда начинал рулить «черный рынок», а иностранные дензнаки можно было обменять не в банке, а через нелегальный сайт, чье название было созвучно с фамилией председателя правления Нацбанка).
Впрочем, надо отдать должное, после 2011 года монетарное регулирование в Белоруссии стало более адекватным, да и сама экономика приспособилась к его специфике. По крайней мере, после этой даты катастрофических скачков цен республика не испытывала и даже санкционные удары 2020-2022 годов перенесла более-менее сносно. К октябрю ситуация и вовсе стабилизировалась.
Ежемесячный прирост цен уже несколько месяцев составляет доли процента и даже ниже, чем он был в аналогичном периоде прошлого года, а курс белорусского рубля давно стабилизировался и вышел на докризисный уровень. Казалось бы, основная буря позади. Откуда тогда такие беспрецедентные даже по меркам Лукашенко меры?
Повышать цены запрещено не только на социально значимые товары, но и на товары явно премиального сегмента, чего раньше не делалось никогда.
Также никогда за повышение цен массово не возбуждали уголовных дел, а сейчас Генпрокуратура отчиталась уже о 18 таких делах. Прокуроры санкционировали заключение под стражу 4 человек, а по ряду фигурантов вопрос о такой мере пресечения находится на рассмотрении.
Война, объявленная инфляции в тот момент, когда ее весенний скачок остался в прошлом и показатели вернулись к обычным значениям – решение политическое и имеющее лишь косвенное отношение к экономической необходимости. Сейчас, когда валютные курсы стабильны, а в России, которая является ключевым поставщиком для Белоруссии, цены и вовсе снижаются уже который месяц, обеспечить нулевую инфляцию можно относительно безболезненно, однако при этом обеспечить себе поддержку электората.
Не нужно быть большим аналитиком, чтобы понять, что именно рост цен – та проблема, которая беспокоит белорусов в массе своей. Зарплаты с декабря практически не изменились, а цены выросли на десятки процентов.
Такое падение уровня жизни воспринимается очень болезненно и для большинства граждан намного важнее политической текучки, планов оппозиции и даже конфликта на Украине.
Поскольку серьезного позитива, отражающегося на их жизни, белорусы не видели уже давно, решено было его создать искусственно, демонстративно и жестко обуздав и так уже останавливающийся рост цен и продемонстрировав тем самым заботу «Батьки» о простых белорусах.
Вот только совсем без потерь такое обуздание цен пройти не может. И речь не только о тех несчастных, которым за неправильное ценообразование придется сидеть в тюрьме. Как минимум, есть еще внешний фактор. Белоруссия – открытая экономика, которая зависит от внешней конъюнктуры. А мировые цены, особенно на продовольствие, не подчиняются решениям Лукашенко и только ускоряют свой рост.
С проблемами неизбежно столкнутся те, кто осуществлял ценообразование, исходя из ранее заключенных контрактов. Контракты придется перезаключать, а в новых могут оказаться совершенно другие цифры. И, если флагманы промышленности и крупные торговые сети еще имеют шансы как-то договориться с властями, то простым ипэшникам, купившим новые партии товара по новым ценам, придется тяжко.
Есть еще один неприятный аспект, связанный с административными ограничениями цен в Белоруссии. Случается, что производители реагируют на них снижением качества. Если цена на продукцию зафиксирована, а сырье дорожает, логично использовать сырье попроще.