Сколько бы ни звучало рассказов о блокаде – всегда будет что-то новое, не рассказанное, не поведанное. Блокада – это сотни тысяч маленьких историй семей, живших в тот сложный период. Большинство из них, к сожалению, не имеют счастливого конца.
Вера Сомина родилась в 1939 году в семье будущих историков. Семья Веры жила у родителей матери. Вместе с ними жил и брат матери Владимир, который был для маленькой Веры очень значимым человеком. Он во многом заменял ей отца, погибшего на фронте в 1941 году.
Времена были тяжёлые и приходилось постоянно искать способы выжить. Бабушка попала в госпиталь, и Вера с мамой остались одни. Они перебирались из разваленных, едва уцелевших укрытий в другие, где можно было хоть как-то жить. Чуть позже Вера осталась одна – мама тоже заболела и попала в госпиталь. Девочка оказалась в интернате.
Несмотря на все трудности, их семья смогла пережить блокаду и выжить в страшные, голодные и холодные времена. Бабушка трудилась санитаркой и получала самый большой по меркам того времени паёк – рабочий, а мама – паёк служащей, так как выполняла канцелярские работы, а после работала в сельсовете освобождённого пригорода Ленинграда.
Война забрала у маленькой Веры не только отца, но и дядю Володю. Дяде было всего лишь девятнадцать лет, когда он погиб в январе 1944 года. В августе ему должно было исполниться двадцать. Это была настолько большая потеря для их семьи, что они не праздновали снятие блокады – такое значимое на то время событие, а бабушка и вовсе перестала отмечать свой день рождения.
С возвращением дедушки жизнь стала постепенно налаживаться и возвращаться в мирное русло. Нина Нонина, мама Веры, прожила ещё очень долгую жизнь и скончалась в 2021 году. Ей было сто два года. Женщина принимала участие в съёмках фильма, посвящённом блокаде Ленинграда, была экскурсоводом в Музее обороны Ленинграда.
Как-то журналисты задали вопрос бабушке Веры о том, что же было самым страшным для неё во времена блокады, что она с ужасом вспоминает из событий тех лет? Ответ озадачил и шокировал всех.
«Я получила хлеб по карточкам и делила его на мелкие порции, чтобы чаще держать его во рту. И вот моя внучка, которой было три-четыре года, подошла к столу, дисциплинированно, строго показала на одну такую горку, и спросила: "Это – мой паек?» И начала есть. Самое страшное, что я видела в своей жизни – это ребенок, который берет только свою норму и ест только то, на что он имеет право».
Даже спустя много лет из памяти не исчезли воспоминания о том тяжёлом времени.
Если вам не сложно, то поставьте пожалуйста лайк и подпишитесь на канал. Также я буду рад вашим комментариям с мнением о статье. Я не привык просить, но благодаря тому, что вы будете активны на постах моего канала - я смогу улучшить качество и количество контента.