Редактор отдела "музыкальный театр" в Петербургском театральном журнале, автор книги "На пуантах и босиком" Анна Гордеева о дебютном выступлении созданной Теодором Курентзисом труппы MusicAeterna Dance
Теодор Курентзис, его оркестр MusicAeterna и только что созданная труппа MusicAeterna Dance впервые гастролируют в Армении — тур начался с концерта оркестра в Ереване, сегодня вечером там же состоится еще один, а после этого музыканты отправятся в Гюмри. А вот накануне в окрестностях Еревана был дан необычный пластический спектакль — там о себе заявила труппа MusicAeterna dance.
Она создана только что, но еще не весь штат набран — 23 октября в Санкт-Петербурге пройдет последний кастинг. Объявлена структура руководства — художественный руководитель Теодор Курентзис, режиссер Анна Гусева, хореограф Анастасия Пешкова, куратор Кристина Галько. Отбирать артистов будут хореографы, затем призванные работать с труппой: Нина Гастева, Нанин Линнинг, Владимир Варнава. И вчера, поскольку отобран еще не весь состав, в спектакле "Страдание на всех языках звучит одинаково" участвовали приглашенные на один показ петербургские независимые танцовщики. Девять человек танцевали среди колонн храма Звартноц — в археологическом музее на свежем воздухе, который находится в получасе езды от центра армянской столицы.
Храм Звартноц — "Храм бдящих Сил", или "Храм бдящих ангелов", построенный в VII веке и в Х веке разрушенный землетрясением, был одним из грандиозных архитектурных сооружений раннего Средневековья. То, что от него осталось, начали раскапывать археологи в начале прошлого столетия, и сейчас мы можем видеть колонны первого яруса. Храм был круглым, три уменьшающихся объема были поставлены друг на друга; сейчас посетители музея ходят меж оставшихся нижних колонн.
От ворот заповедника, где проверяют билеты, люди идут пешком по неширокой дороге, пока не подходят к древним мощным ступеням — каждая почти по колено, путь к храму не должен быть легким. Время спектакля специально назначено так, чтобы солнце село ровно в момент представления, поэтому возвышающиеся далее колонны с резными капителями в закатных сумерках выглядят особенно внушительно. У колонн поставлены несколько стульев, но основная масса зрителей смотрит полуторачасовой спектакль на ногах — это и удобнее, всегда можно подойти с другой стороны, взглянуть с другого ракурса. На месте, где раньше располагалось внутренее пространство храма, выступили артисты. В нем много живого огня — подставки, на которых горят натуральные костры, рядом факелы, ближе всего к зрителям — свечи. Меж этих огней стоят, двигаются, чуть колышутся и вдруг сцепляются в единоборстве восемь артистов. Девятая танцовщица, вся в черном, долго сидит среди горящих свечей. Вероятно, это плакальщица (голос настоящей армянской плакальщицы используется в фонограмме вместе с электронной музыкой и шумом человеческого дыхания); остальные восемь человек — участники поминального обряда.
Теодор Курентзис уже много лет интересуется, как мир земной соединяется с небесным, а обряд — это как раз один из способов такой связи. Год назад в петербургском Доме радио, где после переезда из Перми обосновался оркестр MusicAeterna, показывали специально созданную постановку Клаудии Кастеллуччи "Новый обычай", где была сделана попытка выстроить новую обрядность. Тогда режиссер работала с хором MusicAeterna, теперь пришел черед новой танцевальной труппы.
Обряд видится постановщикам спектакля, режиссеру Анне Гусевой и хореографу Владимиру Варнаве, как повторение и развитие. Сначала группа артистов долго повторяет одно и то же движение (например, резко выдыхает, сгибаясь в поясе), затем переходит к другому (выстраивается в шеренгу, которая начинает медленно вращаться по кругу, по часовой стрелке), к третьему (сцепляясь попарно руками, артисты устраивают что-то вроде перетягивания каната, будто меряются силами). Прежде неподвижная плакальщица встает и переходит на другую сторону площадки, все так же наблюдая за происходящим. Со временем (но очень, очень нескоро) движения артистов ускоряются — то все выстраиваются в круг, а кто-то рвется из круга, то группа держит одного танцовщика, и все так странно гладят его по голове, будто обмывают, а он (душа) продолжает рваться куда-то, настаивает, что еще живой.
К концу спектакля совершенно темнеет, артистов часто не разглядеть, костры догорают, остается лишь общее чувство смутного и дружного движения. За колоннадой Звартноца поблескивают огни самолетов, заходящих на посадку в находящемся неподалеку аэропорту Еревана. Спектакль утихает, артисты проходят сквозь ряды зрителей и растворяются в темноте. Подождав немного, расходятся и вторые — обряд никаких аплодисментов не предполагает.
Анна Гордеева