Все мы знаем, как плутовка Лиса провела Ворону, отняв у нее кусок сыра. А вот что произошло дальше, мы с вами сейчас и узнаем… Собственно, Ворона даже и не заметила пропажи лакомого кусочка, ибо не сыром единым сыта птица. «Кар-Кар», - каркала она на весь лес, - « Я - певица, Я – певица!». Ворону так поразила эта мысль, решила она, во что бы то ни стало покорить мир своим талантом. У Филина в библиотеке прочла учебное пособие «Как стать артистом», и просекла, что без продюсера ей не обойтись. Полетела Ворона к Волку, тот мужик с мозгами, его все боятся, что-нибудь да придумает. Поднял Волк Ворону на смех: - Да, какая ж ты певица, от твоего карканья все в лесу прячутся! - Ну, держись, Волк, не поможешь - накаркаю, чтоб повысили тебе пенсионный возраст до ста лет! Призадумался, Волк, эта может, с нее станется. - Ладно, Ворона, давай поймаем Соловья, запишем фонограмму, и будешь петь. Сказано – сделано. Поймали Соловья, уговорили петь для Вороны, где деньгами, где угрозами действовали. Создали музыкальную студию, записали несколько альбомов, развесили по лесу афиши, звери читают, затылок чешут, где это видано, чтоб Ворона пела? Но любопытство взяло вверх, поглазеть на зрелище собрался полный зал. Запела Ворона соловьиным голосом, все обомлели: овации, автографы, цветы. Узнал о таланте Вороны местный депутат – Потапыч, взял ее в содержанки, стала Ворона по стране кататься с гастролями. А Лиса от зависти почернела, даже сыр в горло не лезет. Решила она собрать на Ворону компромат, наняла местного детектива – Кабана Борисыча, тот землю носом рыл, нарыл компромат: не Ворона это поет, а Соловей. Пришла Лиса к Вороне: - Делись, или все узнают, какая ты Певица. Делать нечего, пришлось Лисе процент платить. Волк, конечно, тоже в доле был, да и Соловья подмаслить нужно. Чувствует Ворона, шатко ее положение. Не дай Бог, до Потапыча дойдут слухи, снимет он ее с довольствия. Нет, нельзя это допустить. Страстными ночами Ворона нежно нашептывает депутату на ушко, мол, я ведь тоже не глупее остальных, тоже депутатское кресло хочу. А тут как раз выборы в Лесную Думу на носу. Подсуетился Потапыч, создали агитационный штаб. Ворона концерты бесплатные дает, всем про жизнь сладкую каркает, звери слезы умиления льют: неужели о народе станут думать? Она же из нашего леса, знает чаяния звериные, да и талант от Бога. Браво Вороне!!! Один Кабан Борисыч не разделяет общего восторга. Пытается глупому зверью глаза открыть, да где там: Лиса с Волком горой за Ворону стоят. Все это ложь, происки конкурентов по предвыборной гонке. Ворона еще и жертвой клеветы оказалась, пролезла-таки, в депутатское кресло, кому теперь какая разница кто там за нее пел. Она теперь закон – как скажет - так и будет. Сидит Ворона в депутатском кресле, уж счет себе за океаном открыла, тут опять Лиса с Волком к ней. - Делится, надо, кума, так дело не пойдет! Разозлилась Ворона, где это видано, чтоб избиратели депутата шантажировали: ногами затопала, крыльями захлопала, прогнала. Волк с Лисой к Кабану Борисычу кинулись, уговаривают, правду рассказать, смеется над ними детектив: - Кто ж нам поверит теперь, сами Ворону защищали, поздно о правде вспомнили! А Ворона разошлась уже, от негодования пар из ушей валит, думает, как Волку с Лисой отомстить. Сколько кровушки они у нее попили, сколько денежек она им отвалила. А ведь им, что? Это она по гастролям моталась, не доедала, чтоб талию сохранить, не досыпала, чтоб больше концертов дать успеть, а они только сливки снимали. Тут и кусок сыра припомнился. Думала, думала и надумала: введу - ка я налог на талию, отожрались морды бесстыжие, пусть теперь вернут все в государственную казню, на мой заграничный счет. Сказано – сделано. Инициативу в Думе, конечно, поддержали, дескать, каждое зверье должно о фигуре заботится, обленились, зажирели, нападет на нас Змей-Горыныч, этак, и меч некому поднять будет. Опять же, лишняя копеечка в бюджете не помешает. Взбунтовал однажды народ, поднялось народное восстание, заерзали депутаты в своих теплых креслах, внеочередное заседание созвали, кумекают: как быть? Ворона, конечно, крайняя оказалась. Не расстроилась Ворона, подхватила чемоданчик, крылышками взмахнула, и тем же вечером улетела за океан. В лесу на нее дело завели, все Вороне припомнили, Волка с Лисой трясут, даже Соловью бедному досталось, а ей, что, лежит себе на солнышке, греется.