В 1898 году сосланный в село Шушенское революционер Владимир Ульянов позвал к себе давнюю соратницу – 29-летнюю Надежду Крупскую. В письме к девушке, которая тогда находилась в ссылке в Уфимской губернии, он предложил ей стать его женой. Спустя пару месяцев после приезда Крупской пара обвенчалась по православному обряду, хотя к религии новобрачные относились враждебно.
Церемония
Венчание Ленина и Крупской состоялось 22 июля 1898 года в Петропавловском храме села Шушенское. Таинство совершил священник Иоанн Орестов, ему помогал псаломщик Наркисс Тыжнов.
Несмотря на торжественный повод, «молодые» выглядели скромно. Надежда Константиновна надела белую блузку и чёрную юбку. Ульянов пришёл в церковь в видавшем виды костюме коричневого цвета. Для церемонии он принёс медные кольца, изготовленные из монет (их Крупская сохранила на всю жизнь).
Венчание не могло проходить без свидетелей. Со стороны жениха поручителями выступили крестьянин Симон Ермолаев и мещанин Иоанникий Завёрткин. Над Крупской венчальную корону держал крестьянин Степан Журавлёв – тот самый «чахоточный», которого, как она вспоминала, «очень любил» Ленин.
Впоследствии, в советское время, храм в Шушенском снесли, а о церемонии венчания биографы вождя, как правило, упоминали очень скупо.[С-BLOCK]
Зачем им это было нужно?
Зачем же воинствующим атеистам заблагорассудилось «проделать всю эту комедию» (так впоследствии отзывалась о собственном венчании Крупская)?
Для сторонников мифа о тайной религиозности Ленина венчание – это один из весомых аргументов. Они обращают внимание на то, что в юности у Володи Ульянова стояла пятёрка в аттестате по Закону Божию. Известно также, что в 1893 году Ленин стал крёстным отцом дочери своего друга, Аполлона Шухта. Однако «неверующий с 16-ти лет» Ленин мог исполнять обряды сугубо механически. По мнению доктора исторических наук Семёна Фирсова, Ленина можно назвать «сектантом», однако его сектантство было не религиозного, а политического толка.
В действительности ни о каком «религиозном порыве» речи не шло. Официальный (т.е. по законам Российской империи – церковный) брак был для Крупской единственным поводом остаться с Лениным в Шушенском. А это имело для революционерки большое практическое значение. Девушка надеялась с помощью брака сократить срок своей ссылки – вместо трёх лет — два года, так как именно столько оставалось находиться в ссылке Ленину. Власти же не собирались долго ждать, пока пара «определится». Вот что говорилось по этому поводу в документе, посланном петербургским градоначальником енисейскому губернатору:
«По ходатайству Н.К. Крупской министерство внутренних дел признало возможным разрешить отбыть определённый ей срок гласного надзора полиции взамен Уфимской губернии в Минусинском округе Енисейской губернии, где водворён её жених, административно-ссыльный Владимир Ульянов, с предварением её, что если она по прибытию в ссылку не вступит в брак с упомянутым Ульяновым, то будет переведена в Уфу».
Впрочем, личные мотивы в поступке Крупской также прослеживаются. Подчинив внешне свою жизнь делу мировой революции, она всё-таки оставалась женщиной и нуждалась в семейном счастье – или хотя бы в его видимости. По-своему она любила Ленина. Об этом говорят и редкие обмолвки на страницах её мемуаров, и тот факт, что она долгое время надеялась завести детей и лечилась от бесплодия.
Ленину Крупская тоже была нужна. Прежде всего, как личный секретарь и курьер по доставке нелегальной литературы. С навязанным венчанием, он, похоже, смирился не сразу. В письме к матери Ленин назвал требование немедленного брака со стороны администрации «трагикомическим условием». Добавим, что расчёты Крупской на уменьшение срока не оправдались. После отъезда с Лениным в 1900 году из Шушенского ей пришлось ещё год провести в ссылке в Уфе. Её муж, возможно, уже пресытившийся браком, оставаться рядом не захотел – он отправился сперва во Псков, а затем выехал за границу.
Какое будущее предсказал России американский пророк Эдгар Кейси
