В августе 1982 года мы уезжали в свой первый трудовой отпуск. Поскольку багажа было много, а денег мало, решили все втроём ехать на поезде через Оренбург. Среднеазиатские поезда тех лет сейчас вспоминаются, как военные. Тьма народу, сидят и лежат в проходах, на третьих полках. Не важно, какой у тебя билет, ты будешь сидеть там, где свободно. И не дай бог выйти в туалет, потом будешь долго стоять и ждать, когда кто-то тоже отлучится, чтобы занять его место.
Но самым ярким впечатлением был арбуз. Арбуз, брошенный в окно, когда поезд проходил мимо какого-то пустынного казахского посёлка. Тяжёлый арбузище разбил стекло и упал на боковушку, где спал Сергей. Он в ужасе соскочил, стряхивая с себя осколки стекла и ярко-красные куски мякоти. Мне тогда показалось, что ему расшибли голову вплоть до мозгов. Но к счастью остались лишь царапины, которые тут же замазали йодом.
В Оренбурге мы пересели в другой поезд, уже нормальный. И ещё помню, как в Орске во время стоянки вагон заполнился ароматом спелых яблок. Человек десять пробежали по вагону с вёдрами и сумками наливных летних яблочек. Только на последнем я сообразила купить их за три рубля ведро, не устояла перед запахом и ещё увеличила вес своего багажа. Как домой всё дотащила, так и не поняла. Такси тогда не пользовались, наш научный отдел разъезжался по домам на общественном транспорте: Серёжа на автобусе, Володя на электричке в Нижний Тагил, а я на троллейбусе на Уралмаш.
Хоть многие и считали, что мы как-то странно сорвались в Туркмению, а поработать можно было и поближе к родному Свердловску, но у нас появились последователи! Следующий после нас курс биологов широкого профиля (так записано у всех в дипломах 80-х годов выпуска) пополнил ряды научного отдела Капланкырского заповедника. Если нас было трое, то новая партия насчитывала пять человек. Это были две молодые семьи биофаковцев: Черновы Володя и Лена, Затоки Андрей и Женя, и Таня Иванова, геоботаник с моей кафедры, давняя соратница по работе в Дружине охраны природы (ДОП) и по походам по Уралу. Хотя и остальные участники свежего туркменского десанта активно работали в ДОПе. Где как не в заповеднике трудоустраиваться охранникам природы?
И вот мы собрались в дальнюю дорогу. И снова на поезде. Мне честно говоря было страшно после летней поездки. Но за компанию поехала. И время в пути до Оренбурга пролетело незаметно. И хорошо, что в осеннем среднеазиатском поезде было немноголюдно. Кроме пяти выпускников Уральского госуниверситета имени Горького к нам присоединилась ещё одна выпускница биофака из Ижевска, Люда Митрошина, по специальности энтомолог. Так что научный отдел у нас увеличился солидно: с трёх до девяти человек.
Для начальства Заповедника такое увеличение штата было очередной головной болью. Но сначала мы шокировали нашу хозяйку Тазигуль, когда ввалились на ночь глядя в её дом. Перед этим мы напугали в округе всех собак, пока вдевятером пешком шли с ж/д вокзала по частным кварталам на нашу незабвенную улицу Дурды-Клыча.
Ну и как водится руководство заповедника отправило приехавшую молодёжь в городскую гостиницу. Но в этот раз гостиница была дорогая, народу много, а руководство в Ашхабаде бдительно. И вот у конторы заповедника на улице Ильялинской поставили вагончик-бытовку на шесть спальных мест. По мне так это выглядело издевательством. Но ребята были рады хоть и такому, но собственному жилью.
Тут Володя, как самый старший по возрасту, а к тому времени и старший научный сотрудник, решил действовать. Напечатал ходатайство в облисполком от имени директора, поставил печать и получил росчерк нашего директора Гутлы. На наше счастье тогда у власти был русский товарищ с такой хорошей фамилией Папин. И он взял нас под своё крыло. Через день нам выдали ключи от общежития в новом благоустроенном доме. Это была 4-х комнатная квартира, в Ташаузе это не редкость. Семьи в Туркмении большие, поэтому застройщики возводили в основном квартиры в 3 и 4 комнаты. Жители предпочитали селиться на нижних этажах, так как на последних были проблемы с водой. Вот наверно нам поэтому и досталась так быстро квартира, кто-то видно отказался брать жильё на четвёртом, последнем, этаже. Кстати, с водой, сколько мы там ни жили, было всё хорошо.
Так что ребята прожили в вагончике всего несколько дней. А потом был их первый выезд в пустыню. А кое-кто остался, чтобы осуществить побыстрее переезд. Но об этом позже. Продолжение следует.
Спасибо, дорогие подписчики, что читаете мои туркменские воспоминания. Всегда рада вашим отзывам и комментариям.
С уважением, Елена
#туркмения #работа в туркмении #жизнь в туркмении #жизнь в ссср