Предыдущая часть здесь: https://dzen.ru/a/Y0hYLNrutF3jiNdD?&
Из комнаты доносился громкий, требовательный детский плач. Людмила не ожидала увидеть Инну в своей квартире. В первый момент она растерялась, побледнела, потом во взгляде появился вызов, в голосе дерзкая интонация:
– Я не могу сейчас с вами разговаривать, мне пора кормить ребенка. Приходите через полчаса, – и захлопнула дверь.
Инна устало спустилась по лестнице, побрела к автостанции. В ушах все еще звучал детский плач. Говорить с Людмилой было не о чем, ситуация и так стала ясной. Никаких надежд на недоразумение, злую шутку не осталось. Теперь с этим знанием надо было что-то делать, решать, как ей жить дальше, но сил не осталось. Их едва хватило, чтобы добраться до дома. Проплакав весь вечер и всю ночь, выпив все успокоительные в домашней аптечке, Инна взяла себя в руки – слезами горю не поможешь.
Утром вышла погулять с Катечкой и Дашей, зашла в магазин за молоком. При ее появлении женщины в очереди смолкли, все взгляды устремились к ней, словно впервые ее увидели. Выходя из магазина, услышала шепоток за спиной:
– Эта?
– Да-да, эта!
Инна гуляла с дочками по аллее между домами и всюду наталкивалась на любопытные взгляды. Благодаря телеграмме ее беда явно стала сенсацией дня. Многие смаковали новость, надеясь, что их семьи подобные потрясения обойдут, что они не окажутся следующей мишенью. В душе Инны закипала злость: за что ей этот позор? Она-то чем провинилась? Пушкарев гуляет по Питеру, и вполне возможно, не один - вырвался на волю - а она тут вынуждена прятать глаза от людей, от нее ждут каких-то действий, но что бы она не предприняла, это будут обсуждать и осуждать.
Вернувшись с прогулки, Инна накормила детей, младшую уложила спать, старшую отпустила к подружкам, а сама взялась за телефон. А тот, словно ждал этого момента, разразился трелью, на экране высветилось привычное «Любимый». В трубке раздался такой знакомый, но как-то чересчур жизнерадостный голос:
– Привет, Кошка! Как вы там? Что новенького в городке и дома?
– Привет, Пушкарев. Есть кое-какие новости. Ты там стоишь или сидишь?
– Стою… а что такое?
– Лучше сядь. Тут мне телеграмму доставили, адресованную тебе. Сейчас зачитаю, – Инна взяла в руки злополучный листок, – «Денис поздравляю рождением третьей дочери тчк». Я присоединяюсь к поздравлению и хочу знать, что это значит.
– Понятия не имею. Чья-то глупая шутка. Выброси и забудь.
Жизнерадостность из голоса мужа пропала. Теперь он звучал напористо.
– Да? Я даже знаю чья. Сорокина Людмила Николаевна тебе знакома?
– Нет, впервые слышу.
– Может быть, тебе напомнить адрес, чтобы память прояснилась?
Инна назвала улицу, дом, номер квартиры. В трубке повисла минутная пауза.
– Ты что, там была? Разговаривала с ней?
– Да, конечно. Познакомилась и с твоей подружкой, и с вашей дочкой, – пошла на блеф жена. – Ее версию я выслушала, теперь хочу услышать твою.
В трубке вновь повисла минутная пауза. Инна ждала, чувствуя, как вновь душит обида.
– Эта стерва не докажет, что ребенок от меня. Не я один к ней ходил, – хмуро выдал Денис.
– Час от часу не легче! Можно списочек кандидатов в отцы? Я вывешу на дверях клуба. Чтобы не мне одной в спину пальцем показывали. Трудно быть единственной мишенью всеобщего любопытства.
– А что, в гарнизоне уже знают?!
– А ты думал! Телеграмма поступила на нашу почту, и мне ее принесли в распечатанном виде.
– Ой-ё… Бли-ин… – голос Пушкарева задрожал.
– Так тебе и надо! Обидно то, что опозорился ты, а расхлебывать пока приходится мне. Кстати, когда ты ходил к этой… Сорокиной… Ты ее так же называл? Стервой? Или как-то иначе?
– Слушай, Кошка, кончай издеваться. Мне и так плохо.
– Это тебе плохо?! Это мне здесь плохо! А тебе там, в Питере, где никто ничего не знает, вполне нормально. Это не тебя столько времени обманывали! Паршивец!
– Я, конечно, виноват. Ты, главное, не пори горячку. Ничего не предпринимай. Я вернусь через три недели, поговорим. Будь умницей.
– Да?!!! Ты развлекаешься, а я должна «быть умницей»? Нет уж, дорогой, теперь моя очередь действовать.
Гнев Инны вырвался наружу, она уже не могла его сдерживать.
– Что ты собираешься предпринять?.. Где вас искать? – голос мужа звучал растеряно.
– Искать нас не надо, звонить тоже, ты для меня умер. Сдох! Понял?! Всё.
Жена нажала кнопку отбоя, швырнула телефон на тахту и, размазывая по щекам слезы, побежала к аптечке за очередной порцией валерьянки. На пороге комнаты стояла Юлька. Инна не слышала, как она вошла.
– Ну ты, мать, даешь… – только и смогла она вымолвить.
Продолжение следует: https://dzen.ru/a/Y0qiB7fqM3QbyUBm