Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Сила ветра

Безумцы под парусом

Последняя одиссея GOLDEN GLOBE  1968 Golden Globe Race  в 1968 году — это первая в мире одиночная кругосветка без остановок. Яхтсменов подстерегали штормы, сломанные мачты, смерть, музыка и истории на грани безумия. До финиша добрался только один. По книгам, дневникам и хроникам мы восстановили портреты двух из девяти безумцев. Sunday Times, организаторы одиссеи, не сильно ограничивала яхтсменов правилами, поскольку мало кто был способен решиться на нон-стоп регату вокруг света. Не было никаких особых требований к судам и яхтсменам. Участников было девять: Джон Риджвей, Чарльз Блит, Бернар Муатесье, Лоик Фужерон, Билл Кинг, Найджел Тетли, Алекс Кароццо, Дональд Кроухерст и Робин Нокс-Джонстон. Француз Бернар Муатесье (45 лет) к моменту участия в Golden Globe Race уже был знаменитым мореходом. Муатесье не хотел быть коммерческим объектом, поэтому отказывался от любых подачек со стороны газеты, включая, например, радиопередатчик, поскольку считал, что он будет отвлекать его от душевных

Последняя одиссея GOLDEN GLOBE  1968

Golden Globe Race  в 1968 году — это первая в мире одиночная кругосветка без остановок. Яхтсменов подстерегали штормы, сломанные мачты, смерть, музыка и истории на грани безумия. До финиша добрался только один. По книгам, дневникам и хроникам мы восстановили портреты двух из девяти безумцев.

-2

Sunday Times, организаторы одиссеи, не сильно ограничивала яхтсменов правилами, поскольку мало кто был способен решиться на нон-стоп регату вокруг света. Не было никаких особых требований к судам и яхтсменам.

Участников было девять: Джон Риджвей, Чарльз Блит, Бернар Муатесье, Лоик Фужерон, Билл Кинг, Найджел Тетли, Алекс Кароццо, Дональд Кроухерст и Робин Нокс-Джонстон.

Француз Бернар Муатесье (45 лет) к моменту участия в Golden Globe Race уже был знаменитым мореходом. Муатесье не хотел быть коммерческим объектом, поэтому отказывался от любых подачек со стороны газеты, включая, например, радиопередатчик, поскольку считал, что он будет отвлекать его от душевных поисков. Вместо этого он взял с собой фотоаппарат и несколько катушек пленки. Отснятые кадры передавал, забрасывая их на борт проходящих мимо судов. 22 августа 1968 года Муатесье вышел из Плимута, Англия, на родном Joshua. К октябрю он добрался до мыса Доброй Надежды и на спокойной волне достиг мыса Горн уже к началу февраля. Все это время он не получал вестей от других яхтсменов и внешнего мира.

Индийский океан вызвал у Муатесье изматывающую фрустрацию, чтобы преодолеть ее, француз прибегнул к йоге и медитации, в ходе которых пришел к решению вообще не возвращаться в Европу, хотя все еще хотел завершить кругосветку. Но ветры решили за него, и, повернув от мыса Горн обратно к Доброй Надежде, он отправил прощальную весточку товарищу из London Times. Его отставка гласила: «Рекорд — очень глупое слово в парусе. Я продолжу плавание, потому что счастлив в море и хочу спасти свою душу».

Несмотря на то, что Бернар оставил мысли о Golden Globe, он продолжил кругосветное плавание по ревущим 40-м, проплыв две трети пути по второму разу и установив новый рекорд безостановочного яхтенного перехода (54 000 морских миль за 10 месяцев). Муатесье завершил свою кругосветку 21 июня 1969 на Таити, через два месяца после финиша победителя гонки Нокс-Джонстона.

Невозможно сказать наверняка, выиграл бы Муатесье гонку или нет, но, исходя из данных бортового журнала, у него были все шансы. Но это было определенно не то, чего желал сам Муатесье: в своей книге The Long Way он рассказывал: «У меня нет желания возвращаться в Европу к ее ложным богам. Зарабатывай, зарабатывай, зарабатывай, но для чего? Чтобы купить себе новую машину, хотя старая еще на ходу? Модно приодеться и, быть может, однажды приобрести телевизор? Я отправляюсь туда, где смогу пришвартоваться у любого камня, где солнце безгранично, воздух легок и можно свободно плавать и поджаривать свое тело, распластавшись на коралловом рифе».

-3

Французский мотоменеджер Лоик Фужерон (42 года) был хорошим другом Бернара Муатесье и стартовал с ним в один день из Плимута. Он шел под парусом 30-футовой одномачтовой яхты с гафельным вооружением Captain Browne. Как и его друг, решил отказаться от радиопередатчиков, желая порвать всякую связь с землей. Зато прихватил с собой из Плимута дикую кошку Рулис. Их дружба длилась недолго — кошка оказался настоящим дебоширом. Лоик шутливо писал в The Times, что «готов построить маленький плот для Рулис и отправить ее в сторону берега». К счастью, через несколько дней он повстречал грузовое судно и передал хулиганку морякам.

Вот что он писал в судовом журнале: «Судно, влекомое ужасающей силой, всякий раз становится лагом. Меня плотно прижимает к переборке каюты, а затем все погружается во мрак. На мою голову обрушивается каскад из кухонной утвари,книг и бутылок, банок с джемом, и посреди этой свистопляски я тоже лечу на другой борт».

К счастью, судно все же стало на ровный киль, матча уцелела, но сам Фужерон решил покинуть гонку и направился на остров Святой Елены. Он выбыл из гонки в конце ноября 1968 года, через три месяца после старта.

Другими вдохновляющими историями яхтсменов будем делиться в наших новых статьях. Подписывайтесь!