Сильвенара больше нет.
Еще вчера я слышала его голос.
Его убили рано утром.
Отчетливо помню – стучу в дверь, тишина, стучу еще – и тут дверь, незапертая, открывается сама, шаг, другой, распростертое тело на ковре, окруженное красноватой аурой, искаженное лицо, свернутая бумага падает из ладони на пол…
Я стою, оцепенев, потом распахивается дверь – это Зеленая леди вернулась с утренней прогулки.
Она кричит, жутко, протяжно, тоскливо, как смертельно раненый зверь, потом бросается ко мне – это ТЫ? КТО ЭТО СДЕЛАЛ? – ее лицо прекрасно, но в нем проступают черты Зверя. Наши взгляды пересекаются, она оскаливается, и я вижу в ее темных зрачках свое оскаленное лицо. - ИЩИ! НАЙДИ! – Сейчас я – ее часть. Быстрые ноги, чуткие уши, зоркие глаза. Я бегу.
Аптекарь. Продал неизвестному кровь и сердце даэдра. И серу. Смерть Сильвенара пахла серой. Маормерский корабль, кидаю кошелек дозорному и захожу в трюм. Люблю недальновидных врагов. Ящики с оберегами Морских гадюк. Маормеры руками Гадюк создают бури. Бесценное орудие устрашения острова. СНАЧАЛА острова, а потом… Сильвенар опасен, он хочет создать союз сопротивления. Обычные яды ему не страшны, но этот… да, я вспоминаю…
Даэдрический яд. Теперь она знает. Зеленая леди встает на четвереньки, опускает голову, принюхивается и вдруг срывается с места… Я бегу за ней, я должна быть рядом. Я не так быстра, я не успеваю, сердце вырывается из груди… Я бегу…
Заброшенный дом за городом. Красное сияние даэдрического камня, сдерживающего силу Зеленой леди.
Заклинательница поднимает руки, и я обрушиваю меч на камень. Я ВСПОМНИЛА этот удар. Коронный удар отца.
- Я всего лишь выполняла приказ! – она пытается приподняться. Улондил. Теперь все сошлось. Вспышка зеленого света из ладоней, голова маормерки откидывается, глаза стекленеют.
Он до последнего не понимает. Хочет свалить все на каджитов, аптекаря, доминионцев. Потом – бежит. Спасения нет. Убийца и жертва, но кто из них кто? Зеленая леди скоро умрет, лишенная своего Сильвенара. Так умирают ветви без корней. Так умирают корни без ветвей.
Бежать больше некуда. Она оглядывается на меня и слегка пригнувшись, снова оскаливается. Слов не нужно, довольно взгляда. – Ты сделала все, что могла. А теперь оставь нас, он мой. – Коротко киваю и ухожу.
Толпа народа волнуется, все галдят, показывая на посольство… и вдруг мгновенная тишина, я иду и все расступаются. Мне нечего им сказать.
Эделорн и Финориэль, так их звали. Они были очень счастливы вместе…
Сегодня я ночую за городом. Не хочу никого видеть и даже слышать голоса.
На этом заканчиваю. Только одно еще – вспомнился какой-то босмер, угощавший в таверне всех выпивкой, он рассказывал, как чувствовал себя таким никчемным, что решил отправиться на дно морское, но по дороге встретил Сильвенара. И тот сказал – Зеленый лес помогает всем росткам, тот, кто ищет, тот обязательно найдет свой путь к солнцу. Потом последовал рассказ, как босмер передумал помирать, а вскоре был взят на корабль, и с тех пор не знает горя и бороздит моря…
Наверно, я тоже такой росток. Но я больше не вижу солнце.