— Мне страшно выступать перед аудиторией. Ум хочет выглядеть, производить впечатление, соблюсти созданный мной образ. Нужно контролировать, какая реакция идёт у окружающих, а внутри всё обрывается от страха. Я смотрю на экран и ничего не вижу. Боюсь того, что рухнет мой образ уважаемого человека и мне из этого важно задать вопрос, а ответ на него вообще не важен.
— Хорошо, давайте разберёмся с тем, в чём заключается Ваша важность. А то слово есть, а конкретики нет. В чём Вы чувствуете важность?
— Важность моя заключается в том, что я думаю, что я умный.
— А как Вы узнаёте, что Вы умный? Откуда Вы это узнаёте?
— Если меня не перебили, не сказали, что я дурак, то вроде я умный.
— То есть, если не сказали, что дурак – то, значит, умный?
— Ну да.
— Хороший критерий. На самом деле это так и есть. Мы же механизмы разбираем, а у всех они свои. Как человек оценивает, что он умный? Один говорит: «Я знаю, сколько будет дважды два, и поэтому я умный». И ему больше ничего не надо. А другой говорит: «А ты знаешь, я создал космический корабль и запустил его, поэтому я умный».
— Для меня важно конкретно то, что я считаю себя специалистом в той области, где я работаю. И если мои руководители скажут мне, что я слабо разбираюсь в своей работе, то есть глуповат, то это будет для меня очень болезненно. Если кто-то проектирует космические корабли, а я в этом ничего не понимаю, то для меня это и не важно. Проектируете? Молодцы!
— То есть у Вас есть определенная зона и определенная группа людей, которая является вашей, как психологи называют, референтной группой. Эта группа говорит вам что-то, и на это Вы реагируете, остальное не суть важно. Так?
— Да, получается так.
— Тогда получается, что Вы полностью зависите от этой самой референтной группы.
— Да. Вот я и говорю, что, допустим, какой-то руководитель, от которого я завишу, что-нибудь скажет обо мне, нечто неприятное для меня, касающееся моих умственных способностей, ответственности, инициативности – то это меня неприятно заденет. Я буду себя плохо чувствовать. А если другой человек, которого я считаю ниже себя по статусу, глупее себя скажет мне что-то неприятное, я его пошлю подальше и забуду о нём.
— Это наша древняя русская формула: ты начальник – я дурак, я начальник – ты дурак. Вы умный человек, Вы понимаете всю эфемерность такой системы оценок? Там вообще не важно какой начальник. Может быть, он вообще дурак, но он начальник, и он есть ваша референтная группа. И если эта группа состоит из дураков, то они будут говорить вам свои глупости. А вы по их дурацким оценкам оцениваете самого себя.
— Но я их не считаю умнее себя. Я их тоже дураками считаю.
— Если Вы их считаете дураками, то чего Вы так волнуетесь по поводу их оценки вашей работы?
— Потому что завишу от них. Мне важно продвижение по службе. Это борьба.
— Борьба-то она борьба, но почему вы так волнуетесь по поводу оценок людей, которые рассматриваются вами как глупые? Значит Вы подчиняетесь глупым и тогда сами являетесь таким. Только глупый может подчиняться глупому. Но ведь именно это Вы и делаете. Как Вы можете это прокомментировать?
— Я как-то с такой стороны не рассматривал ситуацию.
— Видите, как хорошо можно спать. Оно есть и есть, никто вопросов никаких не задает, и всё само собой разумеется. Вдруг появился Пинт и задаёт вопросы по теме. И как тогда на это ответить можно?
— Да, Вы переворачиваете ситуацию и смотрите на неё с другой точки зрения. Я не смотрел на неё так, и не хочу смотреть, наверное.
— Вот именно. Значит, ваша важность связана не с умом. Ум – это просто средство для того, чтобы стать начальником. Потому что Вы следуете формуле: я начальник – ты дурак. А то, что начальник дурак, так Вы даже этого и видеть не хотите, потому что иначе Вы придёте к выводу, что Вы подчиняетесь дураку и сами хотите занять место дурака. Вот смотрите, что лежит в этом мешке важности.
— Ум здесь только средство.
— Да. А на самом деле ключевое – это власть.
— То есть получается, что я хочу стать глупым начальником?
— Глупым или умным не важно. Главное – Вы хотите стать начальником, хотите власти.
— Хочу, да.
— Вот чего Вы хотите, прикрываясь умом. А почему бы не сказать: «Я хочу власти»? Но Вы не говорите так, Вы говорите: «Я умный». Вопрос не в том, хорошо это или плохо, просто надо же знать, что Вы делаете. Иначе получается, что человек делает и не понимает того, что он делает.
— Власти хочу. И даже хочу её в широком плане: над противоположным полом, в социальном плане, хочу быть большим человеком.
— Хорошо, большой человек. Почему Вам так важна эта самая власть? Что она Вам даст из того, чего у Вас сейчас нет?
— Восторги и почитание, наверное.
— То есть это будет уважение и почитание?
— Да.
— Это то, чего у Вас сейчас нет. А Вы считаете, что власть это даст?
— Может быть, меня кто-то и уважает, но этого мне маловато. Хочется много уважения.
— Мало. И Вы считаете, что если будет больше власти, то больше уважения будет?
— Да, получается так.
— А разве Вы не знаете, что тех, у кого много власти, на самом деле не любят, их ненавидят, их хотят опустить? Потому что остальные на их фоне кажутся менее значительными. Все же хотят быть значительными, и когда кто-то вылезает, то он как бы вызов бросает остальным.
— Да, конечно, в адрес высоких начальников всегда идёт недовольство, все высказываются, что они всё неправильно делают. И у меня у самого такое отношение.
— Совершенно верно. А ведь именно это место Вы хотите занять.
— Не осуждать их хочется, а самому сесть на их место.
— Хорошо, но тогда сев на это место, вы будете иметь то же самое, что сейчас имеют они. Всё это будет по отношению к Вам.
— Мы поменяемся местами.
— Да. Вы взлетите туда, но при этом отдаёте ли Вы себе отчёт, где вы окажетесь, когда попадёте туда, и будет реализовано то, о чём Вы сейчас высказывались, как о своём желании уважения? Смотрите, как Вы туда рвётесь. Получается, что Вы не видите этого. Вы там получите обратный результат тому, чего хотите, это уважение будет просто формальностью. Точно так же как Вы сейчас уважаете этого начальника, которого считаете глупым. Вы же его уважаете только потому, что он начальник.
— Это я понимаю, но всё равно очень хочется попробовать быть начальником.
— Нет, не понимаете. Вы хотите вкусить это, потому что пока Вы этого не понимаете. Если бы Вы это понимали, то вряд ли вы захотели бы к этому стремиться. Всё это идёт только через свой собственный опыт. Вы хотите вкусить этот опыт.
— Пошёл вкушать, Александр Александрович.