Завершая предобеденный променад зашел в "Пятерочку", прикупить нехитрой снеди к скромной трапезе контрактного служащего. Следуя анфиладами пустынных школьных коридоров (каникулы) набредаю на группу коллег, как-то безропотно сгрудившихся возле медицинского кабинета. Опять .... В углу, скромно понурясь на стульчике, в ожидании очереди, директор. Фальшиво-приветливо улыбаясь и раскланиваясь, бочком, по стеночке прокрадываюсь к лестнице. Торопливо семеня ножками, начинаю восхождение в четвертый этаж, неловко оступаюсь, падаю... Бутыль с умиралкой «Кармадон» в одну сторону, творог Мокшанский – в другую. Сам, в падении, мизинцем втыкаюсь в ступеньку и со стенающим клёкотом заваливаюсь набок. Скачущая по ступеням бутыль издает хлопок, схожий с разрывом оборонительной гранаты РГД – 42. Умиралка взорвалась!!!!! Газики от бултыхания достигли критической массы...
Кряхтя и скабрезничая, кое-как встаю на карачки. Рядом, разбрызгивая во все стороны из развороченного взрывом днища пузырчатую влагу, кружИтся умиралка. С ужасом взирая на кровоточащую ранищу от сорванного в падении заусенца, в который раз, ощущаю себя князем Андреем Б., – Неужели это смерть? — думаю я, совершенно новым завистливым взглядом глядя на палец, на лужу на лестнице и на струйку воды, с жутким шипением вырывающуюся из вертящейся зеленоватой бутылки. — Я не могу, я не хочу умереть, я люблю жизнь, люблю этот палец, умиралку, школу, воздух. Мне на Бородино надо…. Белое море, опять же…..
В голове, от потери крови, сумбур, мысли путаются: Бежать!! Бежать... Надо бежать... Рвать когти, пока уборщица не застала на месте преступления!! Придет она и вырванный заусенец покажется сущей ерундой!! Прижав «изувеченный» палец к груди, мотая головой, причитая и спотыкаясь бегу...