«Тетрадь смерти» можно любить и называть шедевром, можно ненавидеть и считать переоцененной, но точно нельзя отрицать её культурное влияние не только на японскую культуру, но и на мировую (влияние настолько культурное, что его в некоторых странах запрещают). За время своего существования какую философию там только не находили несмотря на то, что создатель Цугуми Охба сказал, что он "не собирался в Death Note продвигать идеологию или делать заявления о добре и зле", но сегодня мы поговорим обо всем что находили пытливые умы, в том числе и наш.
Перед началом мы сделаем оговорку, что речь будет идти исключительно об аниме 2006 года, и мы настоятельно рекомендуем ознакомиться с ним, если вы этого еще не сделали.
В самом начале нам представляют молодого человека, погруженного в экзистенциальный кризис: «Изо дня в день происходит одно и тоже. — Сплошная скука, изо дня в день. — Этот мир... — Гниёт на глазах...».
Весь мир сплошная муть, хтонь, «день за днем всё повторяется снова. Этот мир прогнил» люди мелочны и злы, но все в разной степени, и этот момент очень важный, ведь как решается вопрос «кто достоин жизни, а кто нет?» является одной из центральных тем философских исследований этого аниме. Кто-то пишет про утилитаризм и деонтологию или моральный нигилизм, коротко и мы о них скажем. Утилитаризм подразумевает наибольшее счастье для наибольшего количества людей и следовательно любые поступки оцениваются по их результатам, справедливости ради (и чтобы ненароком не обидеть утилитаристов), отметим, что, в общем и целом, утилитаризм делиться на утилитаризм действия и права, где последний предполагает непротиворечие нравственности, но в данный момент речь пойдет о первом. Таким образом, способы не могут быть безнравственными, если они приводят к нравственной цели, а на первый взгляд у Лайта она очень благородная. Следуя ей он отвечает на поставленный вопрос так «достоин тот, кто не нарушает законы страны, в которой живет и тот, кто не мешает Кире вершить свое правосудие». Но насколько это этично или даже логично? Сам тот факт, что у каждой страны разное юридическое право, и оно находится в постоянном процессе изменения рушит его концепцию «достойности жизни». Но здесь есть и другие проблемы: гуманисты тут же начнут говорить, человек по самому тому признаку, что он человек, достоин жить, деонтология оценит сам поступок в виде тысяч убитых людей, а не снижение преступности, о котором говорится в одной из последних серий, а Конфуций с его «жэнь» (или «чжэн»), которое можно перевести как «гуманность», «человечность», «человеколюбие», ахнул бы конечно. Есть в «Тетради смерти» и Рюк (ого, он что не только для завязки сюжета и шуток), предстающим нигилистом, который ставит под сомнение саму возможность определять поступок с позиции добра и зла: Рюк просто хочет веселиться и есть яблоки. Но он у нас трикстер (что с них взять), к тому же у него явная позиция наблюдателя (что, кстати, позволяет нам легко ассоциировать себя с ним), поэтому вернемся к существованию хотя бы какой-нибудь этики.
И тут же возникает у нас другой вопрос "Можно ли добиться блага для одних людей путем убийств других?". В сюжете у полицейского Соитиро есть четкий ответ: «Счастье, основанное на убийстве, никак нельзя назвать настоящим». Обращаясь к японским гуманистам XX века, заметим влияние на них Л. Н. Толстого. В 1910-1920 гг. Мусякодзи Санэацу, будучи одним из ведущих мыслителей Японии того времени, стремился изменить общество, но с помощью ценностей добра в духе христианской любви к ближнему и непротивления злу насилием. Для христианской этики, в принципе, важен принцип раскаяния и исповеди, а суд за грехи человека может совершать только Бог. В «Тетради смерти» довольно много отсылок на библейские сюжеты: аналогия самой тетради с яблоком Древа Познания, кадры из опенинга, повторяющие картину «Сотворение Адама» и скульптурную композицию «Пьета» Микеланджело, а также сцена, в которой L вытирает ноги Лайту, являет собой отсылку на знаменитый эпизод Евангелии, называемый «Смирение Христа», да и как пропустить моменты из всё того же опенинга, где Лайт находится в позе распятого Иисуса. Немного позволим себе отойти от философии и рассказать о довольно интересной фандомной теории, связывающей Киру и (кто бы мог подумать) Гитлера. Началась она с кадра эндинга с изображением Лайта таким образом, что тень, падающая на лицо, делает его похожим на фюрера. Но это еще ничего, идеи Киры подозрительно схожи с теми, которые были изложены в книге «Моя борьба», главе «Мировоззрение и партия»: «Нашей путеводной звездой должен быть вечный идеал человечества…». Именно здесь мы должны соотнести это со фразой Киры: «Я создам идеальное общество, создам такой мир, в котором будут жить только ответственные и добрые люди!» (да, тот мем из тик тока отсюда), где сам юноша должен быть Богом и самому вершить судьбы людей: «Мир прогнил. Отбросы заслуживают смерти. Я изменю мир. Я правосудие». Так же обитают в интернете множества других аналогий, некоторые из них не так безумны и поэтому хорошо расписаны у других авторов («Преступление и наказание» и «Тетрадь смерти»), а некоторые не настолько представлены в сюжете, чтобы можно было о них вести полноценный разговор (Лайт-сверхчеловек по Ницше).
Возвращаясь к философии, мы обратимся к вопросу справедливости. Главные антагонисты Лайт и L сами определяют себя справедливостью. Кира «учитывая, что он убивает лишь преступников, наверняка им движут собственные представления о справедливости. Может он возомнил себя богом». Да, возомнил. Заявив в начальных сериях: «Я стану Богом этого нового мира!», а затем и это: «Я – зло? Я справедливость! Я тот, кто пришёл в сей мир, чтобы поддерживать справедливость и защищать слабых... я – бог! Но те, кто противятся богу... они – зло!». Хоть эти два персонажа и противопоставлены друг другу (на что намекает даже внешнее различие) они оба ставят себя выше людей. Так же и L считает, что преступник должен быть наказан по закону, но ему самому позволительно его нарушать.
Платон, Аристотель, Гегель, Маркс представляли в своих трудах кооперативно-холистскую (соответствие закону, разумность социумной жизни) модель справедливости, основным недостатком которой является отсутствие ответа на вопрос о том, кто учреждает и является субъектом справедливости (Лайт бы ответил кто). А Гоббс, Локк и Кант -конфликтно-индивидуалистическую; ее основной недостаток состоит в том, что в ней разумный свободный индивид, являющийся продуктом, итогом исторического развития, предстает источником справедливости.
«Справедливость всегда одерживает победу» сказано в «Тетради смерти», но кто определяет, что такое справедливость?