< Начало
9.
Виктор прекрасно понимал, что везет смерть в свой родной город. Сначала, он хотел отъехать от автострады и сжечь свой автомобиль вместе с осевшей на нем красной заразой. После чего, собирался добраться до Медянска на попутных машинах. Но, когда ветер превратился в ураганный и, понес дорожную пыль с бешеной скоростью, Виктор передумал. В этом больше не было смысла.
Красная пыль через считанные минуты достигнет автострады и оседлает сотни машин, едущих в противоположных друг другу направлениях. Одни, рассеют ее по городу. Другие, развезут по всей стране. К тому же, не стоило и надеяться на то, что кто-то из водителей решится посадить к себе в машину человека в том виде, какой был у Виктора.
Приостановить красную пыль на некоторое время мог ливень, прибив ее к земле. Но, хотя туча уже накрыла большую часть неба, беспрерывно сверкали молнии, а громовые раскаты слились в непрерывный гул, дождь не начинался.
Поэтому, Виктор мчался на нашпигованном смертью автомобиле, уже не думая о том, что становится массовым убийцей. Наоборот, на нем лежала миссия спасения мира. Судя по всему, он единственный знал о надвигающейся угрозе. И знал, как эта угроза выглядит. Виктор должен был, как можно скорее сообщить о ней в МЧС. Он не был на сто процентов уверен, что те смогут справиться с красной пылью, но может быть, им удастся каким-то образом хотя бы уменьшить количество погибших от нее.
Перед стационарным постом ДПС Виктор сбросил скорость. У входа в него стоял полицейский в желтом светоотражающем жилете, с номерной бляхой на груди и автоматом, висящим на правом плече. Второй сотрудник дорожно-постовой службы вразвалочку расхаживал вдоль проезжей части с полосатым жезлом в руке, высматривая потенциальную жертву.
У них, конечно, имелись средства связи. Можно было остановиться и позвонить от них во все оперативные службы, но у Виктора хватило здравомыслия проехать мимо. Неизвестно, как бы отреагировали на его появление дэпээсники. Впрочем, почему не известно? Виктор видел реакцию семейства, которое пытался спасти. А полицейские, в принципе, точно такие же люди, только с оружием и при исполнении. С перепуга еще и пристрелить могут.
По радио начался очередной блок новостей. «Президент России посетил… государственная дума приняла закон… открылась выставка… на шестьдесят седьмом году жизни скончался…» - с выражением читал диктор. Всё не то. Когда зазвучала следующая информация, Виктор напрягся и прибавил громкость. Он уже слышал это сообщение сегодня, когда они с Викой убивали время в дорожной «пробке». Тогда, Виктор не обратил внимания на смысл сказанного. Теперь же информация всплыла перед ним в ином цвете. В красном.
«В Лобановской области обнаружен неизвестный ранее вирус, - читал диктор. – По предварительным данным, от него уже пострадали несколько сотен человек. Ученые выясняют происхождение данного вируса. Они убеждены, что он не представляем большой опасности и в ближайшее время будет локализован. Тем не менее, в области объявлен карантин. Во избежание распространения эпидемии в другие регионы страны проезд через область закрыт. Вся территория заражения оцеплена федеральными войсками. Подобные случаи зафиксированы так же в Китае и США. Вирус получил название «Красный ветер». Если вы в эту минуту находитесь за рулем и ваш путь пролегает через Лобанов, позаботьтесь заранее о выборе объездного маршрута. Иначе, вам придется ожидать в припаркованном на обочине автомобиле снятия карантина. Курс доллара на сегодня…».
Не трудно было догадаться, что красная пыль и есть тот самый «Красный ветер». Несмотря на скудную информацию, Виктор понимал, что дела обстояли хуже, чем он предполагал. Пыль расползалась не только в пригороде Медянска. Не только по России. Она захватывала всю планету сразу.
««Пострадавшие» – хорошее слово! – думал Виктор. – Самое подходящее. Правительство старается не допустить возникновения паники. Хм. Пострадавшие. Вика, рассыпавшаяся в прах – просто пострадавшая. И все остальные, от кого остались одни кости – пострадавшие. Пострадавшие от вируса. Так это называется теперь».
Из динамиков снова полилась веселая песня. Виктор уже не слышал, кто и что поет. Чтобы музыка не мешала мыслям, он выключил автомагнитолу. Но, ожидаемая тишина не наступила. На смену ретро-песням в голове зазвучала диджейская мелодия: «Дынц! Дынц! Дынц! Дыдынц!» Она отдавалась болезненной пульсацией в обезображенных красной пылью щеке, ладони и кончиках пальцев. Удары были настолько сильными, что даже мозг сдался и начал работать в их ритме.
Живы ли дети? Этот вопрос стал сейчас главным. Лобановская область граничит с Дальнесибирской. Пыль – не вражеский шпион, которого можно арестовать, окружив плотным кольцом солдат. Солдатское оцепление ее не задержит, а лишь поможет ей преумножиться.
Виктор въехал в город. «Пробка» на двух встречных полосах проезжей части заметно сократилась. Приближающаяся гроза заставила любителей отдыха на природе вернуться по домам. Лишь, дачники настойчиво старались покинуть Медянск.
Светофор на перекрестке зажегся красным светом. Виктор остановился. Раньше, красный свет светофора был для него обычным запрещающим движение сигналом и не более того. Сейчас же, красный светящийся круг вызывал совершенно иные ассоциации. Виктор опустил глаза. Фонари стоп-сигналов впередистоящей машины подмигнули ему, словно говорили: «Посмотри на нас. Мы красивее светофора. Ярче и краснее». Сзади посигналили. Горел зеленый. Виктор нажал на газ и помчался дальше.
Справа промелькнул автосалон. Виктора словно кто-то подтолкнул посмотреть в его сторону. Он не обратил внимания на застекленное сверху донизу здание. Не заметил десятки новеньких автомобилей теснящихся перед ним. Единственное, что зафиксировал его взгляд – это шлагбаум перекрывающий въезд на автостоянку. Обычный автоматический шлагбаум, каких тысячи по всему городу. Виктор видел его всего одно мгновение. Но и этого мгновения хватило, чтобы всё сжалось внутри.
На пластмассовой преграде чередовались белые и красные полосы. Два цвета, ставшие с сегодняшнего дня символом смерти. Белый и красный цвет прекрасно сочетались. Белые человеческие кости на красной пыли. Именно так сейчас выглядели его коллеги, их дети и жены. Так выглядели все жители Хомутов и те люди, остановившиеся на лесной опушке. Так выглядела Вика – любимая женщина, мать его детей.
В памяти всплыл Викин череп с высыпающейся из него через глазницы и рот краснотой. Комок подкатил к горлу. Виктор широко открыл рот, глубоко вдыхая воздух, пропитанный парами бензина. Тошнота отступила.
Виктор никогда раньше не замечал, что вокруг столько всего красного. Больше Виктор не смотрел по сторонам. Только на дорогу. Ему повезло. Все последующие перекрестки Виктор удачно проскочил на зеленый, ни разу не остановившись.
Улица героев Халхин-Гола плавно переросла в проспект Молодежи, именуемый в простонародье Просмолом. Просмол жил своей обычной жизнью. По проезжей части мчались машины. По тротуарам торопливо шли люди. Все старались поскорее спрятаться от приближающегося ливня. Что может быть страшнее, чем попасть под проливной дождь? Пожалуй, ничего. Ну, разве что, испытывая адские боли, превратиться в кучку праха. А если ничего не знать о красной пыли, то намокшая одежда, действительно – катастрофа.
Виктор не поехал домой. Его там никто не ждал. Дети далеко. Вика… Вика «еще дальше».
Через несколько кварталов «Лексус» выехал на Октябрьскую площадь. Пересек ее по диагонали и остановился перед центральным входом в здание университета.
Виктор заглушил двигатель. Положил руки на руль. Опустил голову. Сосредоточиться не мешало. Нужно действовать быстро и без ошибок. Хотя никаких сложных действий и не планировалось.
- Вперед, - скомандовал Виктор сам себе.
Он открыл бардачок, достал из него борсетку. Вынул из нее две связки ключей. Одну – домашнюю, вторую – рабочую. Затолкал их в карманы брюк. Борсетку, не застегивая, швырнул на заднее сидение. Из нее выпало водительское удостоверение и документы на машину.
Не обратив на это никакого внимания, Виктор снова потянулся к бардачку. Порывшись в нем, отыскал упаковку одноразовых носовых платков. Еще прошлой осенью Вика положила их туда. Виктор спросил тогда у нее:
- Зачем они здесь?
- Пусть будут, - ответила Вика. – Как говорит твой папа: «На всякий случай». Октябрь на дворе. Погода сырая. Вдруг твоему носу станет грустно в дороге, и он поплакать захочет. А утереть его будет нечем. Они много места не займут.
Удивительно. Второй «всякий» случай за день. Видимо, рано или поздно они всё-таки наступают.
Виктор выдернул из пакетика два бумажных платочка. Остальные высыпались под ноги. Виктор даже не посмотрел на них. Вышел из машины, прихватив с собой канистру и шланг.
Зеленые насаждения надсадно шумели листвой, сопротивляясь ураганному ветру. На противоположной стороне площади, от дерева отломилась ветка и упала на тротуар, в нескольких шагах перед двумя спешащими спрятаться девушками. От неожиданности обе завизжали и с шага перешли на бег.
Воздух, буквально, пропитался городской пылью. Ветер не давал ей осесть. Местами пыль начинала кружиться на одном месте, собираясь в столб, который тут же растворялся в воздухе.
Над университетской крышей порхал лист бумаги, отчетливо видимый на фоне черного неба. По проезжей части, побрякивая, катилась жестяная банка из-под газированного напитка. Остановилась она около самого «Лексуса», прижавшись к бетонному бордюру, где и без нее уже скопилось немало разнообразного мусора.
Виктор открыл крышку бензобака, предварительно облив ее бензином. Затем, он слил из машины остатки топлива в канистру. Канистра наполнилась на две трети. Оставив шланг торчащим из горловины, Виктор обошел машину сзади, внимательно разглядывая ее поверхность. У заднего стекла остановился. Наполовину развернув оба носовых платочка. Одним провел по стеклу. Внимательно осмотрел собранную на мягкой бумаге пыль и удовлетворенно кивнул. «Красного ветра» к ней прилипло больше, чем предостаточно. Виктор аккуратно сложил платочек вдвое, завернул его во второй и положил в задний карман брюк.
Взяв канистру, он уверенным шагом направился к зданию университета. Но, уже на третьей широкой каменной ступени парадной лестницы, остановился. Обернулся. Как ни крути, а войти в историю человеком, первым доставившим в Медянск смертоносный вирус, ставший причиной гибели более чем миллиона людей, Виктору не хотелось. Пусть случится, что случится, только не по его вине. Он вернулся к своему автомобилю.
Глава 10 >
< Начало