Сказ о военных баталиях второй
И пошла тут баталия, чем дале, тем заковыристей.
Собрались Воеводы вкруг, стали решать-судить как им дело ноне вести, чтоб пред Царем-Батюшкой не осрамиться, да все никак к согласию прийти не могут. Один в одну сторону тянет, другой в иную.
— А чего туды?
— А куды? Мне чужая указка не надобна. У меня своя голова на плечи посажена, я ей думать стану, а дураков слушать мне ни к чему!
— Тоды я тоже сам по себе. Чего хочу, то ворочу. Надо мной сверху никого, окромя Царя-Батюшки, нету. Только он далеко, отсюда не видать.
— А коли так — я туда тронусь. Там дорожки гладкие, мосты справные, девки грудастые, мне ноги по болотам мочить охоты нет.
— Вы чего? — хмурится самый древний Воевода, у коего веки от годов мхом срослись, — Так негоже, растопыренными пальцами во все стороны тыкать. Надобно все пальцы в кулак собрать и им бить-колотить, а иначе нам пальчики по одному пообломают.
— Ага, а кто верховодить станет? Или — ты?
— Да хошь я! Моя ватага поболе ваших будет, и на баталии я до того дюжину раз хаживал, покуда вы в палатах кафтаны протирали. Я ратное дело лучше иных ведаю и справно могу службу нести, а вы токма парады сбирать и пыль в глазки пускать. Вместе пойдем, любого ворога сокрушим, а ежели порознь, то на пупах узелки развяжем. Вона глянь, — очертил веткой под ногами круг, — Пока мы кругом бегать станем, супротивник внутри, по тропкам коротким друг к дружке прибежит, да вместе по нам вдарит. Так баталии не делаются.
— А ты нас уму разуму не учи.
— Так кто ж научит, коли не я?
— А вот это видал? — кричат, топочут ногами Воеводы, по три пальца в фигуру складывая, — Ты сам по себе, мы сами по себе! Ты без роду без племени, наши пращуры под троном сидели, да Царю горшки подавали, когда твои коров пасли! Не станем тебя слушать. Ты куда хошь своей ватагой топай, а мы сами с усами. Верно ли?
— Верно! — горланят Воеводы, — Мы каждый свою викторию сотворим и первыми к Царю-Батюшке явимся, за что он нас наградит, да приласкает!
Так и не столковались. Развернулись, да всяк в свою сторону побёг и ватагу за собой потянул. Разбрелись, как сгинули – ни слуху, ни духу...
