Мужчина лежал на больничной койке в углу палаты. Общаться с соседями не хотел. Когда кто-то пытался его разговорить, он молча отворачивался к стене.
Никто не знал его имени, только фамилию: Перст. Она часто звучала из уст персонала.
Когда больные услышали ее первый раз, балагур Иван неудачно пошутил:
– Вот так фамилия! Как раз про тебя: «один, как перст»!
Лицо новенького перекосилось то ли от боли, то ли от возмущения, и он злобно бросил:
– Заткнись, умник! Что ты об этом знаешь?
Иван, по сути добрый, веселый, не ожидал подобной реакции, смутился, потоптался на месте и миролюбиво сказал:
– Прости, брат, я ничего такого не имел в виду. Ляпнул, не подумав.
Мужчина никак не отреагировал на извинения. Даже лицом не повернулся.
Так и повелось: вроде как есть человек в палате, а вроде как нет. Лежит, молчит, неизвестно о чем думает. Или целыми днями у окна стоит.
Мужики народ конкретный: не хочешь знаться – не надо. И оставили его в покое.
А сами сколотили отличную компанию: вместе ходили в столовку, вместе на уколы.
Играли в домино, шахматы.
Разговаривали о машинах, обсуждали политику, и, конечно, болтали о женщинах.
А перед сном – тащили свои пакеты с передачами из холодильника и накрывали общий стол: ведь ничто так не сближает, как совместная трапеза.
Больной Перст ни в чем не участвовал. Всегда один, всегда сам по себе. Не проявлял интереса ни к разговорам, ни к играм, ни к общим посиделкам.
Навещать его, в отличие от других больных, никто не приходил. Чему никто не удивлялся. Ну кому охота встречаться с таким мрачным типом?
Как-то к Ивану пришла посетительница.
– Здравствуйте, товарищи мужчины! – бодро поздоровалась она, осветив палату доброжелательной улыбкой.
– Лена, ну зачем ты поднималась? Я бы сам к тебе спустился, – засуетился Иван.
– Сегодня так холодно, боялась, ты простудишься, – ответила женщина, – а нам с тобой этого совсем не нужно. Кстати, ты не забыл, какой сегодня день?
Все заинтересованно прислушались. Один мужчина подставил стул поближе к гостье и галантно предложил:
– Присаживайтесь.
– Спасибо, дорогой, – поблагодарила женщина, чем привела всех в недоумение: «дорогой»? Это что за обращение к незнакомому человеку?
Лена заметила общее замешательство и рассмеялась:
– Не пугайтесь, мои дорогие, у нас в семье это традиционное обращение друг к другу. Правда, дорогой? – обратилась она к Ивану.
– Правда. От деда пошло. Он у нас из обрусевших грузин. Всегда к любому человеку так обращался. Вот и повелось.
Кстати, сегодня ему сто лет исполнилось бы. Всего год не дожил.
– Молодец, помнишь, – похвалила Лена, – сейчас будем день рождения деда отмечать.
Она достала из сумки грузинские лепешки, фрукты, сыр, соусы какие-то. Наконец, на столе появилась симпатичная бутыль с витиеватой крышкой.
– Вино? – мужчины с опаской посмотрели на дверь.
– Нет, мои дорогие. Это гранатовый сок. Мы же в больнице. А когда поправитесь, милости просим к нам в гости. Отметим праздник как положено.
И Лена стала разносить по палате угощение.
Подошла к кровати, где лежал Перст.
– Возьмите, дорогой, выпейте этот чудесный сок в память нашего деда.
– Ой, Лен, не трогай его. Он спит, – попытался остановить женщину Иван.
– Ничего он не спит, – отмахнулась Лена, – ну что же вы? – она легонько прикоснулась к плечу лежащего мужчины, – уважьте наш праздник. Пожалуйста.
Мужчина медленно повернулся, недовольно взглянул на женщину и вдруг подскочил, вытянулся перед ней в струнку:
– Лена? Ты?
– Денис? – охнула женщина и через мгновение бросилась к нему на шею.
В палате повисла тишина. Мужики замерли. Никто ничего не понял. Иван хлопал глазами, но не вмешивался, сидел не шелохнувшись.
– Ты? Здесь? Мы думали ты погиб! Как же так? Почему ты меня не нашел?
– В плену был. Бежал. Когда вернулся, мне сказали, что ты уехала с майором.
– С каким майором, Денис? Ваня! – Лена с мольбой повернулась к Ивану, прося помощи.
– Так ты и есть тот самый Денис? – Иван подошел ближе и протянул мужчине руку, – рад, очень рад.
В глазах Дениса стояло недоумение:
– Я думал, Лена – ваша жена.
– Нет, Лена – моя сестра. После вашей смерти она считает себя вдовой. Вот и живет с нами. Уже пять лет. Где же вы так долго были? И почему Перст? У вас же какая-то другая фамилия…
– Перстнев, – тихо сказала женщина, – «Перст» – это позывной.
Денис смотрел на Лену не отрываясь:
– Так ты?...
– Да, я ждала тебя…
– Я думал у тебя семья, дети…
– А я думала, что мы обязательно встретимся… в другой жизни…
Денис обнял Лену. Они долго стояли неподвижно, как слившиеся воедино изваяния.
– Почему ты здесь? Ты болен? Это серьезно?
– Потом, Лена. Я все тебе расскажу. Ну, где там твой гранатовый сок? Давай, выпьем за вашего деда! И за жизнь!
Денис широко улыбался, глаза сияли. Он буквально помолодел на глазах и будто впервые увидел окружающих его людей.
– Ну что, мужики, будем знакомы! Меня зовут Денис. А вас?
P. S. Ставьте лайк и подписывайтесь на мой канал