Виновата система. Сегодня батюшка – это требоисполнитель. Он исправно проводит все церковные службы, освещает квартиры и машины и умеет (и часто любит) петь. Его духовное воздействие ограничивается общиной данного храма. Это с десяток или около того человек, половину из которых составляют его же сотрудники – алтарники, пономари, женщины, следящие за подсвечниками и просто прибившиеся, которым скучно. Тусовка, одним словом. А почему так? А из кого набираются священнослужители? Как правило, из этой же храмовой прислуги. Для того чтобы попасть в семинарию, нужно направление от приходского священника. А он подпишет это лишь тем, кого хорошо знает. А знает только этих. Что же должен представлять из себя подросток, решивший стать алтарником? Кто, вместо того чтобы общаться с друзьями или играть в футбол в период взросления, пойдет в прислугу? Ведь в таком возрасте, в период становления личности, силен дух протеста, человек даже излишне отвергает привычное, чтобы выработать свое. В большинстве случаев тот, кто в эти годы пошел чистить кадила и бегать по поручениям батюшки, – это слабый, трусливый человек, боящийся людей. Если же он пришел подростком в храм прятаться от жизни, от людей, то и взрослым будет заниматься тем же. Конечно, в жизни бывает всякое. Бывает и карьеризм в подростковом возрасте, и силы для воплощения своих планов в жизнь даже через унижения. Бывает, что у человека рано формируются искренние убеждения, истинная вера и он готов на многое, чтобы служить избранной цели.
Есть еще сыновья священнослужителей, но они всеми силами стараются избежать семинарии. Отправить туда отцам удается лишь таких же духовно сломленных. Раньше систему, в некоторой степени, спасало государство. Со времен Петра I сыновья священнослужителей и церковных служек были приписаны к духовному сословию. Это означало, что они обязаны также пойти по стопам своих отцов и служить в церкви. Можно было, конечно, отказаться, но альтернативой семинарии или должности какого-либо псаломщика была армия. Служба рядовым 25 лет. Желающих было, мягко скажем, мало. В результате священнослужителями становилось некоторое количество умных, волевых и даже верующих людей. Доказано практикой, что постулаты евгеники – это вздор. От хороших родителей не обязательно рождается приличный человек, а в семье алкоголиков и уголовников вполне может появиться на свет гений и нравственный человек. Есть множество примеров. В семьях священников и пономарей также рождались абсолютно разные дети, как и у купцов, дворян или крестьян. Тем не менее большинство представителей духовенства смотрели на богослужение, как на тупую и утомительную работу. Кому-то хотелось большего, кто-то вообще не желал делать ничего и предпочитал бы лежать на диване, как Обломов. Но приходилось тянуть свою лямку, делать они больше ничего не умели. Когда Александр II, проводя свои реформы, разрешил и поповичам свободно выбирать род занятий, то они ринулись в университеты, процент выходцев из духовного сословия зашкаливал. Однако среди этих студентов были действительно ищущие люди, мечтавшие отыскать смысл жизни, служить высшей идее и своим ближним. Но в то время с Запада пришли новые идеи и пошли поповичи в народники, в террористы, как сейчас бы в сектанты.
Служить Церкви должны те, кто имеет призвание и желание. Такие люди были, есть и будут. Однако им очень трудно, практически невозможно пройти через сито прихода и семинарию. Если человек хочет служить Богу, то ему просто противен затхлый мирок прихода. И как будут относиться обычные люди к «пастырю» с холопской сущностью? А ведь таковых подавляющее большинство. Ему будет очень сложно пройти через пародию на казарму – семинарию с отупляющей унизительной дисциплиной, не оставляющей свободного времени. Семинария создана не для подготовки пастырей, которые могут помочь верующим, благословить солдат – сподвигнуть их сражаться за Родину, а для выработки абсолютно послушного и безынициативного исполнителя. Один раз это стоило очень дорого. В 1917 году почти не было священников, способных вразумить солдат, сделавших Февральскую революцию. Или хотя бы пытавшихся как-то остановить Cмуту.
Автор: Александр Листвянский Газета «Танкоград», г. Челябинск, главный редактор Сергей Алабжин