Если кому-то кажется, что это просто и безболезненно – то этот человек сильно заблуждается.
И если кто-то думает, что это от самого человека нисколько не зависит – то это тоже заблуждение.
Процесс превращения обычного человека в пророка ярко и образно описан в стихотворении А. С. Пушкина «Пророк».
Это, кстати, любимое стихотворение Ф.М. Достоевского – и не случайно. Поскольку он сам был пророком - предсказал и революцию в Россию и торжество в ней революционных «бесов» - то знал, на чем из всего необъятного творчества Пушкин остановить свое внимание.
Поэтому мы можем доверять Достоевскому, а через него и «нашему все» - Пушкину. Если бы в стихотворении была бы хоть какая-то фальшь – оно бы не прошло «цензуру» пророческого духа Федора Михайловича.
Итак, давайте проследим за процессом превращения человека в пророка по этому великому стихотворению.
Духовной жаждою томим,
В пустыне мрачной я влачился, —
И шестикрылый серафим
На перепутье мне явился.
Обратим внимание на первую строчку. Вот – она первая, и пожалуй, самая главная причина превращения человека в пророка – нужно томиться духовной жаждой.
Человек, который в этом мире живет припеваючи, который всем доволен и жаждет только еще большого довольства во всех его смыслах – пророком точно не станет.
«Духовная жажда» - вот чем нужно отличаться от всех остальных людей.
То есть, все материальное в этом мире должно быть тебе чуждым и обрыдлым. Все, видимое глазами – надоесть и вызывать отвращение.
Все, чем восхищаются люди в этом мире, должно видеться тебе «мрачной пустыней» и – никак иначе.
Теперь вы поняли, насколько же от самого человека зависит – стать или не стать пророком. Решайте сами – насколько это к вам относится.
Итак, вот на что смотрит Бог, прежде чем наградить человека пророческим даром – именно на его духовную жажду. Жажду того, чего не увидеть глазами, но что является главным в жизни (хорошо сказал А. Экзюпери: «Главного глазами не увидать»).
И если это не лицемерная «тоска», а настоящая духовная жажда, что человеку посылается «шестикрылый серафим» - причем, именно тогда, когда он находится «на перепутье». То есть решает главный гамлетовский вопрос – «Быть или не быть?», а «Если быть, то каким и где?»
Перстами легкими как сон
Моих зениц коснулся он.
Отверзлись вещие зеницы,
Как у испуганной орлицы.
Собственно, преображение человека в пророка и начинается с изменения его зрения. То зрение, которое сосредоточено только на внешнем материальном мире, должно измениться и приобрести остроту «орлицы».
Ту остроту, которая уже переходит за грань видимого мира, когда обычные глаза становятся «вещими зеницами».
Но процесс преображения органов чувств на этом только начинается.
Моих ушей коснулся он, —
И их наполнил шум и звон:
И внял я неба содроганье,
И горний ангелов полет,
И гад морских подводный ход,
И дольней лозы прозябанье.
Еще сильней, чем зрение, преображается слух, который начинает слышать «неба содроганье» и то, что, казалось бы, совершенно не издает звуков – «прозябанье лозы».
Ан нет – издает. Только уже не в этом, а в духовном мире. И слышимость этих «звуков» неотъемлемая черта настоящего пророка.
Но мы постепенно подходим к главному.
И он к устам моим приник,
И вырвал грешный мой язык,
И празднословный и лукавый,
И жало мудрыя змеи
В уста замершие мои
Вложил десницею кровавой.
Начинается не просто преображение, начинается – замещение. То есть удаление и замена абсолютно непотребных и невозможных для настоящего пророка органов.
И первым в этом ряду стоит язык. Тот самый «грешный», «празднословный» и «лукавый» язык, которым мы пользуемся безо всякого сознания его действительного состояния и понимания его полной непотребности.
Что ж – вы готовы его лишиться, чтобы стать пророком? Если нет – то пророком вам не бывать.
Ибо у пророка уже не человеческий язык – а «жало мудрые змеи». То есть уже «грешный» член, чье непотребство четко зафиксировано и в Евангелии, а боевое оружие – каким является «жало» змеи.
Оружие, начиненное смертельным ядом, пользоваться которым нужно с большой осмотрительностью и только по повелению Свыше. Иначе – самоотравление и гибель. Или того хуже – гибель безвинных вокруг.
Но и это еще не все. Мы подошли к самому главному.
И он мне грудь рассек мечом,
И сердце трепетное вынул,
И угль, пылающий огнем,
Во грудь отверстую водвинул.
Не только прежний язык подлежит замене, но и главная материально-духовная составляющая человека – его сердце.
То, что оно гнило и лукаво и не подлежит никакому исправлению, есть достаточно указаний в Библии.
Обычные люди даже не догадываются об этом, верующие – знают и борются со своими сердцами, но для пророка этой борьбы недостаточно.
«Сердце чистое сотвори во мне, Боже…» (Пс. 50. 12) – восклицал еще пророк Давид, и знал, о чем просил.
Для пророка сердце нуждается в пересотворении и никак иначе.
А в чем суть этот нового сердца прекрасно образно сказано в стихотворении – «угль, пылающий огнем».
Отныне вместо сердца – постоянно горящий и причиняющий постоянную боль раскаленный уголь.
В настоящем пророке он не может потухнуть – он может только покрываться пеплом или разгораться еще ярче. И чем ярче он горит, тем больнее становится его носителю.
Увы – по-другому никак.
Но чем же все завершается? Какой финал этого превращения человека в пророка?
Как труп в пустыне я лежал,
И Бога глас ко мне воззвал:
«Восстань, пророк, и виждь, и внемли,
Исполнись волею моей,
И, обходя моря и земли,
Глаголом жги сердца людей».
Пророк начинается с состояние «трупа». Все правильно – ты умер как обычный человек и должен воскреснуть как пророк.
Итак, чтобы стать пророком нужно умереть и воскреснуть – и это еще в течение этой земной жизни.
Собственно, с Достоевским там и было. Погребенный на четыре года в сибирской каторге, он вполне ощутил это состояние «трупа».
А воскресение начинается с «Божьего гласа». Собственно, и все мертвецы на земле воскреснут после гласа Сына Божьего:
«Истинно, истинно говорю вам: наступает время, и настало уже, когда мертвые услышат глас Сына Божия и услышавши оживут». Ин. 5. 25.
Обратили внимание – «и настало уже»?
Да – для пророков уже настало. Воскресая из трупного состояния, они отныне начинают «исполняться волею» Бога и жечь Его «глаголами» человеческие сердца людей обычных.
Обычная жизнь для них закончилась – они умерли для нее и воскресли для новой жизни – жизни для Бога.
Ну что – вы готовы стать пророком и пройти весь описанный Пушкиным путь?
Если да – ждите явление Серафима!