Дорогие мои подписчики! По вашим просьбам пишу продолжение рассказа «Жизнь устроена не просто», который захватил ваше внимание.
Я не собиралась развивать события дальше, именно такая была задумка,что Зоя лишь вспоминает нелегкие эпизоды своей жизни. Ну что же, раз вам интересно, то... Продолжение следует.
Покормив сына, Зоя, уложила его спать и немного посидела рядом на кровати, гладя сына по голове, как бывало в детстве.
Увидев, что Егор сладко засопел, она поправила на нем одеяло и вернулась на кухню. Убрав посуду со стола, Зоя снова присела на стул, возле окна. Сегодня воспоминания о нелегкой жизни так и лезли в ее голову.
О том, как Зоя ставила на ноги двоих детей, Зоя старалась не вспоминать. Спасибо маме, которая очень помогала и даже согласилась присматривать за Дашей и Егоркой, когда Зоя решилась выйти на работу.
Егорка рос спокойным мальчиком и особых проблем с ним не было, он словно понимал, что растет единственным мужчиной в семье и поэтому особо не капризничал и слушался маму с бабушкой, а особенно старшую сестру, за которой ходил практически «хвостиком».
Родные очень любили мальчика и он отвечал им взаимностью.
Порой Зоя с ужасом вспоминала, что хотела лишить себя жизни когда Николай ушел к другой женщине, ее дети остались бы сиротами, хорошо, что мама вовремя приехала и поддержала дочь.
Зоя не держала обиду на мать, которая в свое время, буквально выгнала ее с Дашей на улицу, решив устроить личное счастье. Она видела, что мать теперь всячески пытается загладить свою вину перед ней и старалась не напоминать о прошлой ее ошибке, перед родной дочерью и внучкой.
На кого обижалась Зоя, так это на Николая, который отказался от собственного ребенка, послушав свою мать. Порой, мысленно, она разговаривала с бывшим мужем, пытаясь снова и снова доказать, что была чиста перед ним и что Егорка, действительно его родной сын.
Мать настояла, чтобы Зоя подала на алименты и каждый месяц Зоя ходила на почту и получала положенные по закону деньги, но сумма алиментов была настолько мала, что Зоя каждый раз плакала, принося деньги домой, понимая, что Николай либо устроился на самую низкооплачиваемую работу, либо договорился с бухгалтерией, чтобы алименты перечислялись с маленькой зарплаты.
Так или иначе, жизнь продолжалась. Зоя устроилась на работу фасовщицей на завод по производству пищевых продуктов. Периодически за ней ухаживали мужчины, но она не обращала ни на кого внимания. Сама то она может кому то и была нужна, как женщина и хозяйка, а вот ее дети..., уж если родной отец отказался от Егорки, то что говорить о чужом мужике.
Егорка уже ходил в школу, когда внезапно заболела Зоина мать Зинаида. Сначала она жаловалась, что у нее стали сильно болеть ноги, а потом и вовсе слегла и уже не поднималась с кровати.
- Это мне за грехи мои, - плакала Зинаида, глядя на дочь,- Стала я тебе доченька обузой. Ты уж прости меня за то, что я когда то плохо поступила с тобой и Дашенькой.
Зоя, как могла, успокаивала мать, а у самой, порой руки опускались от бессилия.
- Господи, - шептала она перед иконой, уложив всех спать,- Ну за что ты даешь мне такие испытания? В чем я перед тобой провинилась?
В одном из журналов Зоя прочитала, что именно дети или внуки отвечают за грехи своих родителей. Было написано, что « дети родителей, одержимых той или иной греховной страстью, совершивших или совершающие тяжкие грехи, неизбежно будут пожинать плоды родительского поведения и ощущать это буквально на собственной шкуре».
- Странно, - подумала Зоя, отложив журнал в сторону,- Ну да, мама совершила ошибку, когда выгнала нас с Дашей на улицу, но разве это грех? Она просто пыталась устроить свое личное счастье и это можно понять. Ведь с моим отцом она прожила недолго, он погиб, когда я училась в школе. Но мать то в этом не виновата.
Этот вопрос долго мучил Зою и она решила поговорить с матерью.
- Мам, ну почему мне в жизни так не везет?- Зоя сидела на стуле, который стоял коло кровати, на которой лежала Зинаида,- Первого мужа убили, второй от меня ушел. Хорошо хоть детки мои здоровые и послушные растут, словно в награду, за перенесенные страдания. Недавно прочитала, что дети отвечают за грехи родителей, которые те совершили. Но какие у тебя могут быть грехи? Ты ведь сама настрадалась в этой жизни, да и счастья женского у тебя не было.
- Ой, доченька, это я во всем виновата,- зарыдала Зинаида, да так громко, что Зоя даже испугалась,- Ты же ничего не знаешь, что я в этой жизни натворила.
- Да что ты такое могла натворить , чего я не знаю?- Зоя продолжала испуганно смотреть на мать.
- Я ведь первого мужа своего обманом женила на себе,- продолжала плакать Зинаида, - А потом за этот обман сама же и поплатилась.
- Я знаю, что он ушел от тебя, когда родился мой брат, но подробностей не знаю. Ты никогда об этом не рассказывала, - Зоя продолжала смотреть на мать.
- А что рассказывать?- Зинаида утерла слезы рукавом халата,- Михаил мне сразу понравился, когда устроился к нам на работу плотником. Серьезный был парень, часто оставался после работы, чтобы лишнюю копеечку за работать. У него ведь семья была, двое детишек подрастало. А меня замуж никто не брал, с лица то я неказистая, вот и не нравилась парням, а время поджимало. Раньше ведь как было, если до 23 лет не вышла замуж, то тебя считали старой девой, а в 25 лет женщина уже считалась старородящей. Помню, когда мне было исполнилось 24 года, то все вокруг шептали: « Всё, ее поезд ушел» и мне было так обидно от этих слов.
Вот и и решила я , во чтобы то ни стало, женить на себе Михаила и не подумала даже о его семье. Сходила к одной бабке, которая занималась ворожбой, вот меня и научила, как приворожить к себе парня, зелье какое-то дала, чтобы я подлила ему в чай.
Долго я думала, как это сделать, а потом специально сломала стул в комнате, которую снимала у одной старушки и пригласила Михаила его починить, мол «квартирная хозяйка будет ругаться, заставит платить, а лишних денег у меня нет». Михаил, добрая душа, согласился и , когда починил стул, я пригласила его к столу, угостила чаем, в который заранее подсыпала приготовленное зелье.
С тех пор, парня, как подменили. Он стал бегать за мной, забыл про семью, а мне того и надо было. Чтобы окончательно его заполучить, я забеременела и настояла, чтобы мы расписались в Загсе. Пока была беременна, то с Михаилом жили мы хорошо, а когда родился Пашенька, то все разом изменилось. То ли зелье прекратило действовать, то ли Михаил сам прозрел, только стал он грубым, по отношению ко мне и даже иногда поднимал руку. А потом я и вовсе узнала, что ходил к бывшей жене, на коленях перед ней стоял, чтобы она приняла его обратно. Жена долго не соглашалась, но дети настояли, которые очень любили отца, так что Михаил вернулся в семью, а я осталась одна с младенцем на руках.
Идти было некуда, родители мои жили в деревне и отец сразу мне сказал, когда я уезжала в город, что не примет обратно, если я вернусь с ребенком, но без мужа. А отец был строгим, если сказал, то сделает так обязательно.
Квартирной хозяйке, у которой мы снимали комнату, надоел постоянный плач малыша, Пашенька родился болезненным и часто не спал по ночам. Вот она и сказала, чтобы мы освободили ее жилье. Ну и куда мне податься, с малым дитем? Хорошо хоть, подружка на время приютила, она жила в общежитии, а то и вовсе бы остались на улице. Но в ее комнате было очень холодно, одежды теплой у ребенка не было, вот я и застудила Пашеньку,- по щекам Зинаиды снова потекли слезы,- Заболел мой сыночек и врачи ничего не смогли сделать, поздно я к ним обратилась, думала, что сама вылечу, народными средствами. Не уберегла я сыночка своего, кровиночку.
Зоя вскочила со стула, прошла на кухню и принесла матери стакан воды, которую Зинаида выпила большими глотками.
- А через несколько лет встретила твоего отца, - продолжила она, поставив пустой стакан на тумбочку, - Он ведь был старше меня, вдовый, жена умерла от чахотки. Да и тут не повезло. Прожили мы с ним 10 лет, а потом его придавило машиной, когда Пётр разгружал ее. И снова я осталась одна. Вот теперь ты знаешь, какой грех у меня и как я за него расплачиваюсь всю жизнь. Плохо только, что и тебя он в какой то мере затронул, надеюсь, что Даше с Егоркой ничего не перепадет.
- Ну разве так справедливо,- думала после этого разговора Зоя, - Грешат родители, а расплачиваются дети?