Как ни удивительно, но до сих пор в стране не было написано ничего о Ростоцком-старшем. А ведь ему в этом году исполнилось бы 100 лет! Да и фильмы его — «Доживем до понедельника», «Дело было в Пенькове», «А зори здесь тихие», «Белый Бим Черное ухо» (с двумя последними Ростоцкий номинировался на «Оскар») — давно вошли в золотой фонд российского кинематографа.
О земле и людях
Фронтовик, вернувшийся с войны инвалидом второй группы, без ноги (не все знали, что он носил протез), Ростоцкий прожил 79 лет, снял 11 лент (в том числе две — в соавторстве). В его жилах текла французская и польская кровь, а первую и последнюю картины он сделал о земле и людях (дебют так и назывался: «Земля и люди»). Эти ленты известны гораздо меньше, чем легендарные и любимые многими «Доживем до понедельника», «А зори здесь тихие», «Белый Бим Черное ухо». И, конечно, «Дело было в Пенькове» — второй фильм Ростоцкого, и снова — о деревне и простых работягах.
А еще о любви. Уж в чем-чем, в этом Станислав Иосифович знал толк. Он обожал актрис, с которыми работал, мог не на шутку влюбиться. Но единственной женщиной всей его жизни была Нина Евгеньевна Меньшикова (и она это знала!), которую он и снял-то всего раз — в роли одной из учительниц. К слову, именно эту ленту о школе — «Доживем до понедельника» — Ростоцкий считал своей главной работой в кино. Да еще и снятой в рекордные сроки — за четыре месяца.
«Это ты виноват!»
Актриса Лариса Лужина с улыбкой рассказала, как режиссер Сергей Герасимов, ее педагог во ВГИКе, составил ей протекцию в фильм Ростоцкого «На семи ветрах», хотя у того была на примете другая кандидатура. До картины «На семи ветрах» Лужина снялась в пяти фильмах, но только лента Ростоцкого сделала ее настоящей актрисой. Принесла славу, популярность. И новые предложения режиссеров.
«Поначалу ничего не получалось — Ростоцкий просто хотел снимать другую актрису, — рассказала Лариса Анатольевна. — Тем не менее по настоянию Сергея Герасимова, руководившего творческим объединением на студии Горького, он был вынужден подчиниться и сделать мои пробы. Они, конечно, не удались. Что вы хотите, я была студенткой 1 курса ВГИКа! Ростоцкий снова стал пробивать свою кандидатуру (по некоторым данным, это должна была быть его жена Нина Меньшикова — прим. ред.). Однако и тут Сергей Аполлинарьевич вступился за меня: "Это ты виноват! — сказал он Ростоцкому. — Девочка — глина в твоих руках. А ты скульптор. Вот и лепи из нее героиню!..”»
Интересно, что несколько картин Станислава Ростоцкого и сейчас не устарели и по-прежнему смотрятся на одном дыхании. Потому что в них есть живые люди, есть настоящие эмоции и чувства. Героям его фильмов хочется сопереживать. События на экране вызывают неподдельные слезы.
«В своих рассуждениях этот человек другого поколения, легендарного поколения режиссеров-фронтовиков, был так убедительно точен в понимании глубинных токов жизни и... свободен!» — отметил режиссер Владимир Хотиненко.
А какие финалы в его картинах! На это Марианна Ростоцкая специально обратила внимание. Это же не просто концовки, но настоящая философская глубина. Чего стоит последняя лента «Из жизни Федора Кузькина!» — 12 лет потом, до самой смерти, Станислав Иосифович не снимал, считая, что ему больше нечего сказать этому миру. Оттого и щемит сердце, когда герой картины произносит заключительную фразу: «Ну... А вы тут как поживаете?..»
И вот что ему сейчас ответить?