Найти в Дзене
Ирина Минкина

Когда заканчиваются слова, а еще снова про индивидуалистов

На самом деле, слова с ТОЙ стороны были уже закончены в 2014 году. Намерений-то договориться не было и до этого, но в 2014 году – все. Там по сути уже не с кем и не о чем было говорить. Когда произошло то, что произошло в Доме профсоюзов в Одессе, - это УЖЕ была точка невозврата. Ребята, которые «мир во всем мире»: а вы действительно, искренне были готовы договориться с ТОЙ стороной после того, ЧТО они сделали с нашими братьями в Доме профсоюзов? Ну вот просто переложите эту ситуацию на своих близких, на свою семью. На детей своих. Вы готовы договариваться с теми, кто лично против ваших родных такое сделал? Я понимаю, что именно вы скажете: ну это ж не наши родные были… А вы обязательно так скажете. И в этом ответе будет вся сущность: меня лично не касается – я лично не участвую. Окей, принято. Но только вы, пожалуйста, не просите никого из нас тутошних, кто остался, ничем вам помогать, когда вы там будете где-то за границей испытывать проблемы. Не надо просить ни защищать, ни вывозить

На самом деле, слова с ТОЙ стороны были уже закончены в 2014 году. Намерений-то договориться не было и до этого, но в 2014 году – все. Там по сути уже не с кем и не о чем было говорить.

Когда произошло то, что произошло в Доме профсоюзов в Одессе, - это УЖЕ была точка невозврата. Ребята, которые «мир во всем мире»: а вы действительно, искренне были готовы договориться с ТОЙ стороной после того, ЧТО они сделали с нашими братьями в Доме профсоюзов? Ну вот просто переложите эту ситуацию на своих близких, на свою семью. На детей своих. Вы готовы договариваться с теми, кто лично против ваших родных такое сделал?

Я понимаю, что именно вы скажете: ну это ж не наши родные были… А вы обязательно так скажете. И в этом ответе будет вся сущность: меня лично не касается – я лично не участвую. Окей, принято. Но только вы, пожалуйста, не просите никого из нас тутошних, кто остался, ничем вам помогать, когда вы там будете где-то за границей испытывать проблемы. Не надо просить ни защищать, ни вывозить (как в пандемию, когда государство вывозило народ черт знает откуда). Просто поймите одно: раз вас лично не касается, то и нас лично ваше ЛИЧНО не касается…

Прочитала тут сообщение волонтера, который работал в первые дни на КПП в Верхнем Ларсе (да-да, оказывается, мы еще убегающим и волонтеров подогнали, воду раздавали, сухпайки). Волонтер написал примерно следующее. Что он проработал там два дня, а на третий работать отказался. И не потому, что он осуждает бежавших. А потому, что, во-первых, помощь они все принимали как должное, без всяческой благодарности, даже как-то свысока (ах как узнаю я этот портрЭт), а во-вторых, они даже сами между собой за все эти дни не познакомились, не сдружились – даже тогда они все в своих машинах были каждый сам за себя (правда, от помощи никто из засебистов не отказался, почему-то).

Но вернемся к словам. Вот когда дело переходит на кулаки, тогда уж не до слов. Тут уж надо сначала победить на кулаках, а потом уже разговаривать. В зависимости от исхода кулачного боя. В 2014 году ТАМ перешли на кулаки. Мы все это время как-то частью то отвечали, то просто выстаивали и выдерживали удары. Но кулачный бой так не заканчивается. И я думаю, что, конечно же, мы будем договариваться (не знаю пока, правда, с кем и о чем), но сначала нужно победить в кулачном бою. Без всякого глумления, молча, но просто победить накрепко. И только потом все остальное.

А лично от себя не могу не добавить: после вчерашнего видео из Купянска (Царствие Небесное мученикам, за всех за нас принявшим этот крест) я не знаю, как договариваться. Вчера лично во мне совсем умерли все «договорилки». Сочувствую нашим высокопоставленным и надеюсь, что у них выдержки больше, чем у меня.