Книга первая — Вековуха—
— Не слышишь, Отче? Земля дрожит
— Слышу, чадушко, слышу, брань идет на нас лютая,
а Федька— то где? Отвязался что ли сам?
— Отвязался да убег, давно уже,
что с него взять дурачка — то?
— Ладно, о нем после поговорим, а сейчас ворог наступает
— Строооооойсь!— скомандовал молодой Воевода
— Слышите, братцы? Дружина ворожья летит на нас, не посрамим же Имя Христа Бога Нашего, постоим за Веру Православную в битве с силой Перуновой,— продолжил Федор,— ну, уж, коли остаться на поле бранном придется, то — лихом не поминайте,
Дрожит земля, вот, показалось из— за леса войско, кто на лошади скачет, кто пеший бежит
А в руках у кого меч, у кого лук, рогатина, вилы или просто палка
Подошли, увидели стройные ряды дружины Христианской,
стоят ровно, у всех кольчуги да шеломы, мечи, палицы, да пики, лучники тетиву натянули, ждут сигнала Воеводы только
Постояла — постояла дружина языческая, да обратно и повернула
— Что это было, дядечка?— спросил Воевода
— Стояние….. Не решилась перунова рать в бой вступать с Ратью Христовой, страшно, похоже, им стало
— Слышь, Батюшка, дай пряничка, а тебе песенку спою,— рядом с конем Отца Агафона стоял Федька— дурачок
— О, появился, где пропадал, раб Божий?
— Пряничка не дал, а спрашиваешь
— Что с тобой поделать? Ну на, побалуйся
Федька взял пряник, поклонился в благодарность и засунул пряник в рот целиком
— Ну, пой теперь,— сказал Отец Агафон
— А еще пряничек дашь?
— Ну, ты — хитрец, — Федька быстро съел и второй пряник, а после закружил на месте, стуча по бокам руками и громко кукарекая:
«Ципа, ципа, ципа, ципа
Растет в нашем лесу липа,
А та липа не проста—
Сход с Калинова моста
Прилетела молода
Из Перунова двора
Кривду правде кривит,
А у правды за нее
Душа болит,
— Заткнись! Заткнись, дурило! Ходит вечно, вынюхивает что—то , никто на него внимание не обращает, дурачком считают, а зря, ой, зря……
Не заткнешься, Вещий тебе язык отрежет, да собакам скормит,— закричал связанный Стенька,— он давно на тебя зуб точит,
—Ой, боюсь, ой, страшусь,
Ходит огородом гусь,
А у гуся— роги,
У гусыни ж перебиты ноги
Кривда — на воле,
Правда — в неволе,
Кривда — на воле,
Правда— в неволе»,—
После этого Федя упал без сил
— Чадушко, на пряничек,— наклонился над ним Отец Агафон, Федька подскочил, выхватил пряник, скинул шубу, шапку, онучи и опять в одной рубахе, крича от ужаса, метнулся в лес
— Что скажешь, Отец Агафон?
— Вот теперь, не знаю, Федя
— Я знаю,— на пути дружины стоял Митька собственной персоной, из одежды на нем была только звериная шкура, увенчанная острыми рогами, и валенки, больше ничего,
Дмитрий стал очень худым, грязная шкура была огромных размеров и постоянно распахивалась на нем
— Срамоту— то прикрой,— крикнул воевода
— Нагота— не срамота,— закричал Дмитрий в ответ,— перуноотступничество— вот, настоящая срамота, а непослушание старшим — пятерная срамота, и здесь только наказывать надо, каленым железом выжигать…….
Данный материал является интеллектуальной собственностью автора. Копирование и прочее использование на разных ресурсах запрещены
следующая часть:
предыдущая часть:
первая часть: