Глубокая ночь. За окном темно. Гробовая тишина. Город спит. И вдруг раздаётся оглушительный грохот. То ли раскат грома, прямо над крышей, то ли ещё чего похуже. Взрыв газа. Мы в ужасе соскакиваем и бестолково, в панике носимся по квартире. На кухне причина грохота выясняется. Настенный шкаф, со всем содержимым живописно валяется на полу.
Бедные соседи! Они, наверное, подумали, что потолок обрушился. Выдохнув и перекрестившись, мы отправляемся досыпать. Утром начинается операция по устранению последствий ночной аварии. Потихоньку разбираю осколки посуды и всякой домашней утвари, которой под завязку был загружен подвесной шкаф. И выясняю, что процентов шестьдесят отправится в мусорное ведро. Тарелки, рюмки, сахарницы без крышек превратились в гору осколков. Постепенно куча становится всё меньше и меньше, а ведро заполняется. Кое-что возвращается в шкаф, который успешно водружён на старое место, но уже на более крепкие крюки. Я разбираю посуду и прихожу к выводу, что из всего многообразия я пользовалась всего лишь горшочками для запекания в духовке. А они на удивление сохранились. Остальной скарб лежал годами и никак не применялся. И здесь я чувствую облегчение и радость оттого, что, наконец, избавилась от хлама. С удовольствием барахло отправляю на помойку и задумываюсь. «А ведь у меня масса посуды, которая не используется совсем». Есть, конечно, парадно-выходная, которая занимает место на столе по больши́м праздникам, ну, например, на Новый год. Ладно, пусть будет. Но есть та, которую за много лет вытаскивали из буфета только во время генеральной уборки, промывали в уксусе до блеска и убирали обратно на полку.
Почему мы копим посуду и не пользуемся ей.
Основное – это социалистическое наследие. Сервизы в советские времена считались признаком благосостояния. Мама ездила в Югославию и привезла оттуда сервиз «Мадонна», через границы и со многими пересадками в аэропортах. Берегла, как зеницу ока, чтобы подарить девятнадцатилетней девчонке, которую не то что «Мадонна», посуда вообще не интересовала. Вот и стоит теперь та самая «Мадонна» на центральном месте в серванте. Ну, ладно, это подарок мамы, пусть стоит. Сервизы дарились на свадьбу. Есть у меня парочка сервизов, на свадьбу подарили мне. И не очень-то изящные и красивые, просто то, что удалось достать. «Достать». Словечко из советских времён. Родители приобретали дефицитные сервизы и гордо выставляли их в серванты. Конечно же, добытое с таким трудом из-под полы по блату, очень оберегалось. Не дай бог разбить. Недавно я узнала, что в СССР при производстве посуды использовали красящие составы, содержащие свинец и кадмий. Теперь они считаются вредными для человека. При нагревании могут вызвать аллергию и вообще негативно сказаться на здоровье. Хотя пили раньше из такой посуды и ели и никто не травился. Сервизы эти стояли на парадных местах и выставлялись на стол только для дорогих гостей. А сами хозяева пользовались разнокалиберными приборами. В девяностых годах рынок заполонили чашки и тарелки из Китая. Красивые, яркие, лёгкие, разные. Дешёвая китайская посуда, которая при ударе не разбивалась, а при использовании имела посторонний запах, не очень прижилась на моей кухне. Не вот не внушала она доверия. Неизвестно, из каких материалов изготовлена она была. А вот Икеевские тарелочки очень вписались и в мой интерьер и до сих пор радуют. Отдельного разговора заслуживает хрусталь. Вазы, рюмки, фужеры, розетки. Вот ведь были когда-то гордостью хозяек. Опять же стояли на самых передовых полках в стенках и сервантах. Хрусталь дарили на юбилеи и свадьбы. Попробуй-ка, сейчас подари вазу хрустальную на день рождения, в лучшем случае недоумённо посмотрят, в худшем больше вообще не позовут ни на какой праздник. А раньше, вы были бы самым дорогим гостем с таким подарочком. Им бы ещё долго хвастались и рассказывали, какой вы щедрый человек.
Меняются времена, меняются люди. Сейчас многие стали понимать, что дело не в богатстве кухонной утвари, а в ценности живого общения. Встреч теперь мало, все предпочитают контактировать в соцсетях, а уж когда друзья собираются за столом, то совсем неважно во что налит чай в императорский фарфор или в гранёный стакан, главное, чтобы человек был вам дорог, а беседа приятна.