Детские каникулы Тоню выматывали. Завтраки, обеды и ужины, прогулки в парке и дневные заботы, - всё оказалось на Тоне. Она распланировала даже блюда на две недели каникул, посещение концертов, встречи с друзьями и поэтические вечера с книжками.
- Мы сегодня идем в музей, - каждое утро Тоня начинала с планов на день.
- Мам, я не хочу. Мы вчера были в музее, - ныли дети.
- Не хочет он! А ты через “не хочу”.
Тоня знала, детей надо развивать.
Минуту спустя она вспоминала своё детство. Она стоит на берегу реки, все прыгают с тарзанки в реку, она не хочет. Мама стоит внизу и кричит: “Ты что хуже других? Трусиха?”
Тоня ежится, она не любит эти экстримальные игры. Она любит медленно входить в воду, чтобы край воды постепенно поднимался по телу вверх. Она вообще не такая, как мама. Мама быстрая, резкая. А Тоня медленная, спокойная.
- Мам, не хочу, - Тоня смотрит на маму.
- А ты через “не хочу”, - грозно отзывается мама. - Вот Маринка уже 3 раза прыгнула. Ты что хуже? Ты вообще моя дочь, или чья? Я всё детство прыгала с тарзанки.
Тоня хочет быть маминой, но она не хочет прыгать. Неужели, чтобы быть дочерью, надо делать то, что не хочется? Мама часто говорила “надо” и “не важно, что ты хочешь”. Тоня старалась убедить себя, что это не важно, но она всё еще не хотела прыгать.
Мама выглядела разочарованной.
Она пробурчала: «Неженка. Вся в бабушкину сестру”.
Бабушкину сестру в семье не любили. И Тоня не хотела быть в неё. Она ухватилась за тарзанку, сделала три шага назад и прыгнула. Но вспотевшие от страха руки соскользнули раньше времени, и Тоня упала, не долетев до глубины. Она сильно ударилась копчиком, слезы брызнули из глаз.
- Ударилась? - послышался голос мамы. - Ой, только не реви. Жива-здорова, принцесса на горошине!
Тоня вышла на берег и села в тени.